На декабрьской встрече в Берлине в 1999 году за столом напротив меня сидел Педро Малан, министр финансов Бразилии. Он был одним из тех знающих и латиноамериканских руководителей, которые присутствовали на первом заседании «Группы двадцати» — организации, объединившей министров финансов и глав центральных банков 20 стран. Хотя мы уже знали друг друга, создание группы рассматривалось как возможность вовлечь развивающиеся страны в дискуссию о развитии мировой экономики55.
Малан, стоявший в 1994 году во главе центрального банка Бразилии, реализовал под руководством президента Фернандо Энрике Кардозо программу Plano Real, которая позволила остановить галопирующую инфляцию. Уровень инфляции в Бразилии с середины 1993 до середины 1994 года превышал 5000%. Я искренне восхищался Педро, но мне не давал покоя один вопрос: почему экономика страны оказалась в таком состоянии, когда ничто, кроме радикальной реформы, уже не Теперь даже сам Кардозо говорит: «Кто. находясь в здравом уме. захотел бы стать президентом Бразилии в ту пору, когда этот жребий выпал мне?»
Почему в 1970-е, 1980-е и 1990-е годы Латинскую Америку сотрясал один экономический кризис за другим, а на смену гражданским правительствам то и дело приходили военные режимы? ответ прост — за редкими исключениями, Латинская Америка не могла отвыкнуть от экономического популизма, который мешал целому континенту конкурировать с остальным миром. Особенно удручает то. что даже плачевные экономические результаты популистской политики, которой в тот или иной период после Второй мировой войны увлекались почти все правительства региона, не отбили желания вновь и вновь прибегать к популистским методам.
Безусловно, XX век был не слишком благосклонен к южным соседям Соединенных Штатов. По данным выдающегося историка экономики Ангуса Мэддисона, в начале XX века реальный ВВП на душу населения в Аргентине был выше, чем в Германии, и составлял три четверти от уровня США. Однако к концу века этот показатель в Аргентине был уже в два раза ниже, чем в Германии и США. В Мексике ВВП на душу населения в XX веке снизился относительно США с одной трети до одной четверти56. Экономическое влияние северного соседа было недостаточным, чтобы остановить падение. В XX веке уровень жизни в США, Западной Европе и Азии рос быстрее, чем в Латинской Америке, почти на треть. Лишь в Африке и Восточной Европе дела обстояли столь же скверно.
Великий шелковый путь стимулировал развитие крупных городов, создание раннефеодальных монархий на казахстанских землях. Одно из таких государственных образований — Тюргешский каганат.
Возник он в начале VIII века на территориях Западно-тюркского каганата, который пал под натиском Танской империи и в результате был разделен на две части. Основа земель Западно-тюркского каганата — Джунгария. В ее западной части и на территории Жетысу проживали тюргеши.
Судьба кагана — пример средневекового вероломства. Он вернулся в город Навакет, где пал от руки своего же подчиненного. Его убил военачальник Бага-тархан.
Бага попытался сосредоточить власть в своих руках: заключил союз с правителями Шаша (Ташкента) и Ферганы, договорился о с китайцами. Но в битве на реке Шу войска Тюргешского каганата были разбиты, Тараз — столица государства — разрушен.
В конце 40-х гг. VIII века китайцы начали наступление на земли тюргешей. Их вторжение завершилось захватом и разрушением Суяба. В это время с другой стороны на тюргешские земли заходят войска арабского халифата.
Две армии встречаются на р. Талас, где в 751 году происходит эпохальное сражение — Атлахская битва. С обеих сторон собралось по 100 тыс. воинов. Баталия продолжалась 5 дней и окончилась победой арабов. Им на в решающий момент пришли карлуки, которые ударили с тыла и разгромили армию генерала китайской армии Гау Шиянжи.
После этой победы власть на землях тюргешей перешла в руки карлуков.
Тюргешский каганат по меркам истории просуществовал недолго. Это государственное объединение стало символом противоречий и конфликтов раннего Средневековья. Вместе с тем благодаря каганам тюргешей удалось на некоторое время приостановить экспансию Арабского халифата.