Князь Довмонт был вынужден покинуть Великое княжество Литовское в ходе борьбы за престол по смерти Миндовга (1263 год) и был принят во Пскове. В 1268 году новгородцы организовали поход против Литвы, но из-за разногласий в среде командования поход не состоялся. Вместо этого войска вторглись в датские владения в Эстонии и подступили к замку Раквере, но после гибели от стрел семи человек из войска отступили и обратились за к великому князю Владимирскому Ярославу Ярославичу, который прислал в себя место своих сыновей Святослава и Михаила, а также Дмитрия Переяславского и других князей. В Новгороде началось изготовление осадных орудий для предстоящего похода. Орденские епископы и рыцари из Риги, Вильянди и Юрьева прибыли в Новгород просить мира и поклялись не раковорцам и ревельцам, однако, при последующем сборе войск ливонская хроника упоминает вильяндцев и воинов из других городов (вся земля Немецкая, по русской летописи). Примечательно, что на ответном посольстве к ордену в Ригу, епископы и Великий магистр ордена Отто фон Роденштейн поклялись на кресте не датчанам. Договор был скреплен печатями Великого магистра и городов: Риги, Вельяда, Юрьева, Висби и прочих. Клятва (даже на кресте), данная еретикам и язычникам, рыцарями считалась недействительной, однако поражение в битве было воспринято, как наказание за грех клятвопреступления.
23 января начался поход. Русские войска вторглись в землю Вирумаа, принадлежавшую датчанам — союзникам ордена.
Итоги битвы
Русские войска простояли под стенами Раковора три дня, не переходя к штурму. В это время псковская дружина Довмонта огнём и мечом по Ливонии, чиня грабежи и захватывая пленных. Князь мстил врагу за нападения на его земли.
В 1269 году Орден предпринял ответный поход, закончившийся безрезультатной 10-дневной осадой Пскова, отступлением рыцарей при приближении новгородского войска во главе с князем Юрием и заключением мира на всей воле новгородской. После раковорского поражения Ливонский орден уже не мог серьёзно угрожать мощным княжествам северо-запада Руси. Дмитрий Александрович стал достойным продолжателем дела своих отца и деда.
Объяснение:
Объективными факторами. В принципе, "реформаторы" Александра Первого и Николая Первого превосходно понимали, что положение России в области крепостного права вопиющее. Отставание Российской империи от Запада с каждым годом набирало обороты. Просто они хотели сделать то же самое, что и декабристы, только "сверху". Сам царь Николай Первый, чтобы не говорили, постепенно освобождал крестьян, переводя их в "экономические". Даже сам проект военных поселений, инициированный Аракчеевым с благословления Александра Первого был призван повысить социальный статус крестьян, превратив их в военное сословие.
Другое дело, что реализация этих планов оказалось бездарной и проводилась весьма и весьма половинчато. Главный препятствием было, конечно же, само дворянство, паразитическое сословие, сидевшее на шее не только у крестьян, но и у государства. Со времен освобождение дворян от рекрутской повинности во времена императрицы Екатерины Второй их права только возрастали. Некоторые цари откровенно боялись заговорщиков; так, Александр Первый никак не мог забыть судьбы отца, а во дворце его сына, Александра Второго в момент объявление рескрипта об освобождении крестьян стояла наготове карета — царская семья всерьёз приготовилась к бегству в случае взрыва недовольства дворянской элиты.