Древнейшие очаги тюркского этногенеза неразрывно связаны с восточной частью Евразийского континента – Центральной Азией и Южной Сибирью – от Алтая на западе до Хингана на востоке. Этот огромный регион не был изолирован от соседних цивилизации, ни от горно-таежных и степных племен иного этнического облика. Трассы миграционных процессов, то усиливались, то затихая, пронизывали великую степь.
Отличительной чертой этногенетических процессов Евразийской степи был дислокальный, т.е. не связанный с одной территорией, характер, определяемый высокой степенью подвижности населявших ее племен. Общей особенностью тюркоязычных племенных объединений древности и средневековья была их неустойчивость, мобильность легко адаптироваться в составе вновь возникающих племенных группировок [1].
Первым тюркским фольклорным памятником, зафиксированным письменно в VI в. и отразившим ранний этап тюркского этногенеза, являются генеалогические легенды о происхождении племени ашина и его превращении в господствующую группу внутри возникшего тогда племенного союза. Генеалогические легенды тюрков, трактуемые обычно весьма узко, позволяют, тем не менее, кроме собственно тюркской генеалогии, обнаружить истоки еще трех племенных традиций, связанных, с начальными этапами уйгур, кипчаков и теле (огузов) [2].
Наиболее крупным объединением племен, говоривших на языках, впоследствии названных тюркским, был огузский племенной союз, носивший в китайских источниках название теле. Название теле принадлежит к числу древних этнонимов кочевников Восточной части части Азии. Наличие его удостоверено китайскими летописями суйской (581-618) и танской (618 -907) династий [3].
Уже в IV –V вв. многочисленные племена, входившие в это объединение, появились в западной части евразийских степей. В упомянутых источниках термин теле относится к большой группе племен, кочевавших в северной части пустыни Гоби, на обширных пространствах между большим Хинганом на востоке Тянь-Шанем на западе. В зону кочевий теле входила территория Монголии и Тувы, Русского и Монгольского Алтая [2].
Поскольку вся отечественная и зарубежная историография о тюркских народах, расселявшихся в 9-11 веках на территории Казахстана, за редким исключением чисто археологических исследовании и публикаций, построена на анализе и толковании сведений средневековых авторов, и рунических памятников, мы считаем необходимым начать свое исследование с суммарного изложения этих сведений.
Самыми ранними источниками по истории тюрков являются древнетюркские рунические памятники первой половины VIII века, надписи в честь Культегина, Могиляна, Тоньюкука. В них содержится информация о территории расселения о огузов в VIII веке, политических событиях их истории в эпоху Второго Восточно-тюркского каганата.
Так, из надписи в честь Культегина мы узнаем, что его отец Кутлук несколько раз ходил походами на «народ токуз-огузов» под начальством Баз - кагана, и покорил их, это происходит в конце VII века во время его правления [4, с. 38]. Однако, нет никаких сведений о ранней территорий расселения огузов, известно только лишь , что они жили к северу от тюрок. Нам известно что Второй Тюркский каганат находился на территории современной Монголии и, исходя из того, что огузы жили севернее, - это должно быть район Хубсугульского и Селенгинского аймаков (Монголия). Вероятно эта территория и была местом локализации огузских племен.
Вопрос об объединении республик был последним, в решении которого принимал участие Ленин, болевший с весны 1922 г. С этого же времени в высшем партийном руководстве началась активная борьба за власть, продолжавшаяся до конца 20‑х годов. Созданная в годы Гражданской войны и укрепившаяся при НЭПе административно‑командная пирамида власти нуждалась в вожде. В связи с вынужденным отходом Ленина от политической деятельности это место оказалось вакантным. Внутрипартийная борьба включала следующие этапы: октябрь 1923 – январь 1925 г. «Левая оппозиция» – Л.Д. Троцкий против Г.Е. Зиновьева, Л.Б. Каменева и И.В. Сталина; 1925 г. «Новая (ленинградская) оппозиция» выступила на ХIV съезде ВКП(б) – Г.Е. Зиновьев, Л.Б. Каменев против И.В. Сталина, Н.И. Бухарина, А.И. Рыкова, М.И. Томского; 1926–1927 гг. Борьба «объединенной левой оппозиции» – Л.Д. Троцкого, Г.Е. Зиновьева, Л.Б. Каменева против И.В. Сталина, Н.И. Бухарина, А.И. Рыкова, М.И. Томского; 1928–1929 гг.Время выступления «правого уклона» – Н.И. Бухарин, А.И. Рыков, М.И. Томский против И.В. Сталина, В.М. Молотова, К.Е. Ворошилова, С.М. Кирова и др.
Сутью идейных разногласий было отношение к НЭПу, точнее, к срокам его действия. Борьба носила верхушечный характер; народ, за исключением партийных активистов, не принимал в ней никакого участия.
Почему в этом противоборстве победил И.В. Сталин? С 1922 г. он занимал пост генерального секретаря ЦК РКП(б) и контролировал расстановку партийных кадров. При решении вопросов путем голосования аппарат Сталина, подбирая делегатов на партийные съезды из его сторонников, обеспечивал ему большинство. Кроме того, Сталин широко использовал грязные методы политической борьбы: подтасовку результатов голосования, закулисные интриги, стравливание своих соперников и т. п.
Разгром последней бухаринской оппозиции тесно связан с переходом к чрезвычайным мерам в управлении экономикой с целью проведения индустриализации и коллективизации сельского хозяйства. Оба эти процесса шли параллельно и были взаимозависимы. Курс на индустриализацию был взят с середины 1926 г., когда началась разработка пятилетнего плана. Первый пятилетний план составлялся в двух вариантах. Первый вариант был более умеренным, его авторы в Госплане старались сбалансировать различные отрасли экономики, отдавая предпочтение тяжелой промышленности. Другой вариант носил отпечаток революционности, что больше отвечало настроениям партийного руководства. Контрольные цифры этого варианта были выше, и приоритет полностью отдавался тяжелой промышленности, куда в ущерб другим отраслям предполагалось перекачать все средства. В 1929 г. второй вариант плана был утвержден на XVI партийной конференции, но и после этого, по желанию Сталина, плановые показатели поднимались еще дважды