Вспоминая 1989—1990 гг., следует признать, что выдвинувшаяся тотгда на первый план международной политики проблема объединения Германии была неожиданной как для советских руководителей, так и для лидеров других великих держав.
При этом связи между СССР и ФРГ в начальный период перестройки оставляли желать лучшего. Правда, в период паузы в отношениях с американской администрацией Дж. Буша в июне 1989 г. М.C.Горбачев предпринял попытку превратить Бонн в привилегированного партнера Москвы.
В совместном заявлении, подписанном по итогам этого визита, определялись «контуры новой Европы» и роль обеих стран в ее «строительстве»; в частности, предусматривалось многоплановое сотрудничество двух государств на основе доверия, равноправия и взаимной выгоды.
Решение германской проблемы было осложнено социально-политическим кризисом в ГДР. Приехав в начале октября 1989 г. в Берлин на празднование 40-летия Германской Демократической Республики, Горбачев в одном из своих выступлений заметил: «Того, кто опаздывает, наказывает жизнь».
Намек был слишком прозрачен: руководство ГДР явно не справлялось с экономическими трудностями в отсутствие реальных политических свобод — одним словом, проигрывало «соревнование» с ФРГ.
«Именно тем летом 1989 г. жизненный нерв ГДР то ли лопнул, то ли был перерезан, — писал по этому поводу советский дипломат Ю.А.Квицинский. — Во всяком случае в Бонне после визита [Горбачева в ФРГ] был сделан вывод о возможности увеличить давление на режим Э.Хонеккера, открыто демонстрировавший неприятие курса М.С.Горбачева на перестройку и внутренние реформы».
