В декабре 1104 года Святополк Изяславич, который с 1093 года был великим князем киевским, послал воеводу Путяту с войском на Глеба Всеславича, князя Менского. О результатах похода киевская летопись молчит, следовательно, он завершился поражением.
В 1116 году новый киевский князь Владимир Всеволодович («Мономах», правил в 1113-1125 гг.), собрав большую рать, двинулся на полоцкого князя Давыда Всеславича, захватившего к тому времени Смоленск. По сообщению киевской летописи, воины Владимира «взяли на щит» города Полоцкой земли, но какие — не сообщается, и подошли к Смоленску. Давыд якобы оставил город без боя, пообещав «во всем слушать» Владимира. Ну, просто идиллия!
В том же году смоленский князь Вячеслав Владимирович (сын «Мономаха» и будущий туровский князь) совершил нападение на земли Минского княжества, захватил города Оршу и Копысь. Минский князь, в свою очередь, в 1116 году захватил Слуцк, находившийся на территории дреговичей. Но южная часть дреговичских земель подчинялась Киеву. Киевский князь Владимир Всеволодович, недовольный конкуренцией, немедленно пошел войной на Глеба и разбил его войско. Пришлось Глебу заключить с Владимиром договор, по которому он отказался от своих завоеваний в Поднепровье. В 1117 году Глеб попытался вернуть утраченные территории. Тогда Владимир послал в 1118 году на Минск своего сына Мстислава, взявшего город штурмом. Мстислав захватил Глеба в плен и увез в Киев. Примерно через год Глеб отдал Богу душу (3 сентября 1119 г.). Несомненно, его либо отравили, либо задушили.
Полоцкие земли были теперь раздроблены на уделы, между которыми случались кровавые «разборки». Видя это, новый великий князь киевский Мстислав Владимирович (правил в 1125-1132 гг.) организовал в августе 1127 года большой поход на Полоцк. Надо полагать, что поход завершился победой Киева и его союзников, так как удельные полоцкие князья присягнули Мстиславу на верность («крест целовали»).
Но присягу они не соблюдали («крестоцелование порушили»), поэтому в 1129 году Мстислав повторил поход с более крупными силами.
Его войска одновременно атаковали Изяславль, Логойск, Друцк, Борисов, Стрежев и Неколочь. Ради того, чтоб предотвратить захват всей Полоцкой земли, вече в Полоцке изгнало князя Давыда Всеславича и избрало его младшего брата Бориса. Тогда Мстислав прекратил военные действия, но потребовал от полочан выдать ему князей Давыда, Ростислава, Святослава, Ивана и Василия. На полоцкий престол он посадил своего сына Изяслава, а пленных князей отправил в Византию[34]. Там они в качестве военачальников сражались в Малой Азии против «сарацинов» (турок-сельджуков). Через десять лет в живых остались только двое младших Рогволодовичей — Иван и Василий. К тому времени Мстислав уже давно был в могиле. В 1139 году они вернулись и снова заняли свои уделы[35].
За время отсутствия Рогволодовичей в Полоцке сильно возросла роль веча. Князь Изяслав Мстиславич в 1132 году перешел в Переяслав, а полоцкий престол передал своему брату Святополку Мстиславичу. Но вече изгнало Святополка и выбрало князем внука Всеслава — Василько Святославича, брата Ефросинии Полоцкой. С этого времени князей в Полоцке выбирало вече, а Полоцк навсегда вышел из-под власти Киева.
После смерти Мстислава Владимировича всё Киевское княжество было охвачено усобицами. Горели и подвергались разграблению города, переходили от одного князя к другому. Киевский престол тоже переходил из рук в руки. Продолжались войны с половцами. В непрерывной смуте Киеву было не до Полоцка.
В 1151 году вече изгнало князя Рогволода Борисовича и возвело на полоцкий престол минского князя Ростислава Глебовича. Но через 7 лет (в 1158 г.) полочане дважды бунтовали и против Ростислава. В первый раз он успокоил их подарками, а во второй раз пришлось ему бежать в Минск к брату Володарю (князь Ростислав умер между 1161 и 1167 гг.).
После бегства Ростислава полочане вернули Рогволода. Однако в 1161 году в очередной усобице его разбил родной брат, минский князь Володарь Глебович, и тогда Рогволод бежал в Друцк («Полотьску не сме ити, занеже множьство погибе полочан»). Это по его приказу в 1171 году высекли надпись на большом камне (высота 3 м) возле деревни Дятлово, в 18 км от Орши, известному под названием Рогволодов камень.
В 16 веке в Москве огромное внимание уделялось строительству дорог. Интенсивно развивалось торговое ремесло.В связи с этим неотъемлемой частью Москвы в 16 веке стала экономическая связь с различными хозяйственными районами.Большое внимание уделялось ремесленному производству.Так как город расширялся,развивалось и строительство. Плотники имели множество заказов.Особенно ценились мастера по металлу,так как очень часто лошади нуждались в подковывание. Также в 16 веке изготавливалось оружие. Эта продукция высоко ценилась иностранцами.В Москве интенсивно развивался экспорт.
По Средневековым представлениям человеческая жизнь разделялась на шесть периодов: младенчество, детство, отрочество, юность, зрелость и старость. Возникает вопрос: знала ли Европа в Средние века и раннее Новое время детство как особый, отличный от других, период жизни человека? Раздумья ученых над этим вопросом и их споры, особенно после выхода в 1960 году книги Ф. Арьеса «Ребенок и семейная жизнь при старом порядке», породили несколько десятилетий назад новую междисциплинарную область исследований - «историю детства». По Ф. Арьесу, не только современное понятие детства, но и вообще интерес к этому периоду жизни были чужды западноевропейской культуре вплоть до Нового времени. Складывание современного образа ребенка, считал он, относится к ХУП-ХУШ векам, когда детский и взрослый миры получают отчетливые различия и за первым начинает признаваться самостоятельная социальная и психологическая ценность. Однако кульминация этого процесса относится к эпохе романтизма, создавшей настоящий культ ребенка. До Нового времени, утверждал французский историк, мир был «миром взрослых», где ребенка считали просто маленьким взрослым и где, как правило, никто глубоко не задумывался над его возрастными особенностями.Нужно заметить, что в последующие годы эта позиция не раз вызывала аргументированные возражения. Было найдено немало свидетельств того, что как Средневековью, так и эпохам Возрождения и Реформации были вполне знакомы этапы человеческой жизни, соответствующие современным понятиям детства и подросткового возраста.Самые горячие сторонники идеи «долгого Средневековья» не ставят под сомнение то обстоятельство, что в этот период отношение к ребенку в Европе существенно меняется. Эти изменения, ставшие впервые заметными в конце XIV века в среде зажиточных горожан ренессансной Италии, потом, в начале XVI столетия, обретают новый импульс в протестантских странах, после чего процесс перемен охватывает почти всю Западную Европу. На христианском Западе сначала появляются первые реалистические изображения ребенка в живописи и скульптуре, а с XVI века начинают создаваться первые книги для детей. Общество начинает обсуждать множество «детских» вопросов, которые никогда не занимали его раньше. Среди них - целесообразность вскармливания младенца молоком кормилицы или еще один, имеющий символическое звучание, - о возможном вреде пеленания младенца. О детях и детстве в это время вообще стали больше думать и говорить.Едва ли, впрочем, будет правильным изображать характер этих перемен как простой сдвиг отношения общества к ребенку от индифферентного к заинтересованному. Часто декларируемое безразличие к ребенку в Средние века - скорее всего, миф. Но точно так же мифом следует считать и то, что в это время в отношении к нему господствует тотальный пиетет
В декабре 1104 года Святополк Изяславич, который с 1093 года был великим князем киевским, послал воеводу Путяту с войском на Глеба Всеславича, князя Менского. О результатах похода киевская летопись молчит, следовательно, он завершился поражением.
В 1116 году новый киевский князь Владимир Всеволодович («Мономах», правил в 1113-1125 гг.), собрав большую рать, двинулся на полоцкого князя Давыда Всеславича, захватившего к тому времени Смоленск. По сообщению киевской летописи, воины Владимира «взяли на щит» города Полоцкой земли, но какие — не сообщается, и подошли к Смоленску. Давыд якобы оставил город без боя, пообещав «во всем слушать» Владимира. Ну, просто идиллия!
В том же году смоленский князь Вячеслав Владимирович (сын «Мономаха» и будущий туровский князь) совершил нападение на земли Минского княжества, захватил города Оршу и Копысь. Минский князь, в свою очередь, в 1116 году захватил Слуцк, находившийся на территории дреговичей. Но южная часть дреговичских земель подчинялась Киеву. Киевский князь Владимир Всеволодович, недовольный конкуренцией, немедленно пошел войной на Глеба и разбил его войско. Пришлось Глебу заключить с Владимиром договор, по которому он отказался от своих завоеваний в Поднепровье. В 1117 году Глеб попытался вернуть утраченные территории. Тогда Владимир послал в 1118 году на Минск своего сына Мстислава, взявшего город штурмом. Мстислав захватил Глеба в плен и увез в Киев. Примерно через год Глеб отдал Богу душу (3 сентября 1119 г.). Несомненно, его либо отравили, либо задушили.
Полоцкие земли были теперь раздроблены на уделы, между которыми случались кровавые «разборки». Видя это, новый великий князь киевский Мстислав Владимирович (правил в 1125-1132 гг.) организовал в августе 1127 года большой поход на Полоцк. Надо полагать, что поход завершился победой Киева и его союзников, так как удельные полоцкие князья присягнули Мстиславу на верность («крест целовали»).
Но присягу они не соблюдали («крестоцелование порушили»), поэтому в 1129 году Мстислав повторил поход с более крупными силами.
Его войска одновременно атаковали Изяславль, Логойск, Друцк, Борисов, Стрежев и Неколочь. Ради того, чтоб предотвратить захват всей Полоцкой земли, вече в Полоцке изгнало князя Давыда Всеславича и избрало его младшего брата Бориса. Тогда Мстислав прекратил военные действия, но потребовал от полочан выдать ему князей Давыда, Ростислава, Святослава, Ивана и Василия. На полоцкий престол он посадил своего сына Изяслава, а пленных князей отправил в Византию[34]. Там они в качестве военачальников сражались в Малой Азии против «сарацинов» (турок-сельджуков). Через десять лет в живых остались только двое младших Рогволодовичей — Иван и Василий. К тому времени Мстислав уже давно был в могиле. В 1139 году они вернулись и снова заняли свои уделы[35].
За время отсутствия Рогволодовичей в Полоцке сильно возросла роль веча. Князь Изяслав Мстиславич в 1132 году перешел в Переяслав, а полоцкий престол передал своему брату Святополку Мстиславичу. Но вече изгнало Святополка и выбрало князем внука Всеслава — Василько Святославича, брата Ефросинии Полоцкой. С этого времени князей в Полоцке выбирало вече, а Полоцк навсегда вышел из-под власти Киева.
После смерти Мстислава Владимировича всё Киевское княжество было охвачено усобицами. Горели и подвергались разграблению города, переходили от одного князя к другому. Киевский престол тоже переходил из рук в руки. Продолжались войны с половцами. В непрерывной смуте Киеву было не до Полоцка.
В 1151 году вече изгнало князя Рогволода Борисовича и возвело на полоцкий престол минского князя Ростислава Глебовича. Но через 7 лет (в 1158 г.) полочане дважды бунтовали и против Ростислава. В первый раз он успокоил их подарками, а во второй раз пришлось ему бежать в Минск к брату Володарю (князь Ростислав умер между 1161 и 1167 гг.).
После бегства Ростислава полочане вернули Рогволода. Однако в 1161 году в очередной усобице его разбил родной брат, минский князь Володарь Глебович, и тогда Рогволод бежал в Друцк («Полотьску не сме ити, занеже множьство погибе полочан»). Это по его приказу в 1171 году высекли надпись на большом камне (высота 3 м) возле деревни Дятлово, в 18 км от Орши, известному под названием Рогволодов камень.