Ольга (бл. 910-969 рр.) – велика княгиня київська (944-957 рр.). Управляла Київською Руссю в роки неповноліття свого сина Святослава. Придушила повстання деревлян, які вбили її чоловіка, князя Ігоря, упорядкувала збирання данини. Уперше на чолі руського посольства відвідала візантійську столицю Константинополь. Була християнкою, але охрестити свою державу не змогла. Канонізована православною церквою
внутрішна політика
Придушила повстання деревлян і підпорядкувала їхні землі безпосередньо Києву.
Здійснила першу державну реформу на Русі: чітко визначила землі, із яких збирала данину.
Улаштувала «становища» і княжі «погости» – місця зберігання зібраної данини і осередки центральної влади.
Закріпила за княжою казною «ловища» – землі, багаті на хутрового звіра, що забезпечувало постійний прибуток.
Розбудовувала, прикрашала й зміцнювала свій стольний град. У Києві було збудовано нову князівську резиденцію – Ольжин двір із «теремом кам’яним», дерев’яну християнську церкву і систему укріплень.
зовнішна політикаЗовнішня політика
Надавала перевагу дипломатії перед війною. У 946 р. (або 957 р.) на чолі мирного посольства відвідала Константинополь й уклала угоду з імператором Константином VII Багрянородним.
Відповідно до русько-візантійської угоди надсилала свої дружини допомагати Візантії у війні з арабами в 967 р. та боротьбі з норманами й болгарами.
Здійснила першу спробу встановити дипломатичні контакти із Західною Європою. У 959 р. надіслала послів до німецького імператора Оттона І з проханням направити єпископа для хрещення Русі. Місія ченця Адальберта, що діяла на Русі в 961–962 рр., завершилася провалом.
конфликт между представителями этнических общин, обычно проживающих в непосредственной близости в каком-либо государстве или стране.
Так как «национальность» в русском языке обычно означает то же, что и «этническая принадлежность», то его иногда называют межнациональным конфликтом.
В Российской Федерации за возбуждение вражды по национальному признаку (в это понятие можно включить распространение расистской, экстремистской, сепаратистской и других подобный идеологий, а также провокации на межэтнические конфликты) Статьёй 282 УК предусмотрена уголовная ответственность в виде наказания
… штрафом в размере от ста тысяч до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет, либо лишением права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью на срок до трех лет, либо обязательными работами на срок до ста восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо лишением свободы на срок до двух лет.
Наконец в 1789г. во Франции от имени и по поручению французской «нации» случилась Великая революция, и ценой 80 лет регулярных гражданских войн и беспощадного террора к концу 19в. формирование французской нации было завершено.
Великая французская Революция была настоящей Националистической революцией. Странно, что ее так не воспринимают, ибо национализм был буквально ее знаменем (разумеется, национализм французский) . Лозунг “Свобода! Равенство! Братство! ” именно что националистический, ибо только Национализм претендует на полное без изъятий его воплощение. Любая из либеральных доктрин (либертарианского или социалистического толка) какую-нибудь из частей указанной триады склонна ограничить. Отметим, что французский национализм зиждется на приоритете французской культуры, признании ее национального превосходства.
Германия развивалась под сильным французским культурным влиянием, немцы заимствовали блистательную французскую бюрократию времен расцвета абсолютизма Людовика XIV (Пруссия в первую голову) . Однако немецкий национализм формировался в иных условиях: в отличие от Франции для Германии была характерна относительная этническая общность при политической разобщенности страны. Поэтому французский национализм апеллировал, прежде всего, к политико-экономическому единству нации (культурному, упрощенно говоря) , а немецкий – к этническому (кровно-расовому, опять же утрируя) . Окончательно как нация немцы сформировались за время от Бисмарка до Гитлера [I.3].
Любопытно отметить, что с XIX в. велись разговоры о сомнительности отнесения немцев к европейцам. То есть, конечно, формально немцы “европейцами” признавались, но настоящие ли они? Тут были сомнения. Сомнения, понятно, мучили “подлинных культурных европейцев” - французов и англичан. У немцев возникал комплекс неполноценности перед “Европой”, желание попасть в клуб избранных Цивилизованных народов. И что характерно, что после Гитлера эта темы была снята. Видимо, камрад Фюрер на счет немцев всем все доказал.