В истории России на протяжении нескольких столетий заметны некоторые характерные особенности в политике по отношению к неславянским подданным. Одной из главных особенностей был этатизм – подчиненность национальной политики интересам государства. Другим важным фактором являлось сотрудничество центральной власти с этническими элитами. Присоединение народов и территорий к Российскому государству было довольно сложным историческим явлением. Каждый регион при своем пребывании в составе России проходил через несколько этапов: собственно присоединение (иногда в виде завоевания), т. е. установление российского подданства; постепенная инкорпорация в структуру государства; наконец, ассимиляция, которая со временем все более активизировалась и порой трактовалась как конечная цель и результат инкорпорации. Этим процессам соответствовали некоторые объективные тенденции. Во-первых, медленная, но неуклонная унификация юридического статуса территорий, установление единого стандарта подданства и управления; во-вторых, русификация, которая отнюдь не должна трактоваться как проявление зловещего умысла удушить этническую самобытность народов. Этот процесс вызывался прежде всего объективным обстоятельством – численным и культурным (господствующая религия, язык общения) доминированием русских в России. Обе тенденции то ослабевали, то усиливались, но в разных формах постоянно присутствовали в российской истории XVI–XIX веков. Сознательно же они были возведены в ранг государственной политики только в конце XIX столетия.
Вхождение в состав Русского государства народов Поволжья и Сибири. Процесс включения в состав русского государства разных регионов и народов имел неоднородную типологию. В середине XVI в. основным являлось восточное направление. Россия стремилась добиться присоединения Казанского ханства. Соседство с этим дочерним государством Орды создавало постоянную угрозу русским владениям. Нападениям подвергались Муромский, Костромской, Вологодский и другие уезды. В плену Казанского ханства находились более 100 тысяч русских пленников. За спиной татарских ханств, в том числе и Казанского, стояла могущественная Оттоманская Порта (Турция). Необходимость присоединения Поволжья определялась как экономическими причинами (плодородные земли, могучая река Волга - важнейший торговый путь), так и политическими. Несмотря на то, что народы Поволжья приняли подданство России, первые походы на Казанское ханство (1547 - 1548; 1549 - 1550) кончились неудачей. Осада Казани началась в августе 1552 г. Русское войско насчитывало около 150 тыс. человек, среди них было много стрельцов, использовалась мощная осадная артиллерия. В русское войско входили также вс мордовские и чувашские отряды. Крымский хан Девлет-Гирей казанцам, повел войско к Туле. Но его отбили. Штурм 2 октября 1552 г. закончился взятием Казани.
Через четыре года судьбу Казани разделила и Астрахань. Хан Дербыш-Али бежал из города. Еще год спустя российское подданство приняла Большая Ногайская Орда. Падение Казанского и Астраханского ханств создало условия для добровольного вхождения в состав Русского государства не только марийцев, мордвы и чувашей, но и Башкирии, ранее подвластной Сибирскому ханству. Земли Башкирии лежали по обеим сторонам «Камени» - Уральского хребта, от Волги и Камы до Тобола. Западная часть Башкирии признала власть царя Ивана в 1650-е годы.
Против Крымского ханства Москва организовала ряд акций. Для защиты от набегов крымцев на южнорусские уезды была построена Тульская засеченная черта - линия крепостей, острогов, лесных завалов (засек) к югу и юго-востоку от Оки. Победы в Поволжье, оборонительно-наступательные мероприятия на юге заметно укрепили государство. Русское государство явилось важным шагом к продвижению на восток – в Сибирь, природные богатства которой издавна привлекали к себе внимание. Здесь, в Западной Сибири, по Иртышу, Тоболу, Оби и их притокам жили Сибирские татары, ханты и другие малые народности. Это были скотоводы (южные районы), охотники и рыболовы Но после нападения крымцев на Россию в 1572 г. новый хан Кучум порвал отношения с царем. Его воины стали совершать набеги на русские владения.
Русское правительство снова поставило задачу присоединения Сибири в конце XVI в. Солепромышленники Строгановы, владельцы земель и собственных вооруженных отрядов, по Жалованной грамоте Ивана Грозного, начали в Западной Сибири строительство крепостей. Они снаряжали отряды «охочих людей», казаков. Один из них возглавил Ермак. В конце 1581 - начале 1582 г. отряд Ермака (около 600 чел с реки Чусовой, перевалив через Уральский хребет, на реку Туру. Далее двигался по Тоболу и Иртышу. В конце октября отряд подошел к Кашлыку – столице хана Кучума, недалеко от современного Тобольска. Здесь воинские отряды хана Кучума (из татар, хантов и манси) были разбиты и разбежались. Хан Кучум откочевал к югу, в степи. Местные жители стали платить дань Москве.
В следующем году сильно поредевший отряд Ермака попал в засаду, а сам Ермак утонул в водах Иртыша в 1585 г. Остатки отрядов Ермака и Волховского ушли домой. Но вскоре появились новые отряды - воевод И. Мансурова, В. Сукина и др. Они ставят укрепленные остроги, усиливают гарнизоны. Были основаны Тюмень (1586 г.), Тобольск (1587 г.), ставший надолго столицей русской Сибири, а затем и другие города. К концу столетия Кучум, нападавший из глубины степей на русские отряды и остроги, терпит окончательное поражение. Сибирское ханство перестает существовать. Восточные пределы государства были сильно расширены. Из Западной Сибири в Европейскую Россию потекли пушнина, рыба и иные товары. По мере продвижения на восток русские землепроходцы строили крепости, служившие им опорными пунктами для дальнейшего продвижения. Так возникли Енисейский острог (1619 г.), Красноярский острог (1628 г.) и другие. Земледельческое население для Сибири росло из принудительно переселяемых правительством крестьян, а отчасти в результате народной колонизации беглых крестьян и посадских. К концу XVII в. земледелие Сибири полностью обеспечило потребности края в хлебе. Крестьяне приносили с собой земледельческую культуру, что благотворно для местного населения. Прекратились распри между этническими группами. Это имело положительное значение.