Мой дедушка был удивительно проницательным и очень образованным человеком. Как историк, он часто за место порядком наскучавших сказок рассказывал мне удивительные и невероятно увлекательные истории из древнегреческой мифологии, знакомил с героями, богами, ужастными, кровожадными чудовищами. Но больше всего меня привлекал Рим. Я находил в дедушкиных рассказах о нём некую прелесть, которая не свойственна другим людям. Высоченные, нет, гигантские, но между тем по-своему ажурные купола храмов, загадочные своды нескончаемых арок на улицах "имперского чуда" , узкие, мощёные грубым, но аккуратным камнем улочки, словно паутина опутывали город. Всё это восхищало меня и вводило в состояние транса-восторга. Такое иногда случается, если видишь нечто необыкновенное, неповторимое, то, чего нельзя больше увидеть ни в одном другом городе. С самого детства моя дорога вела меня только в одно место, туда, где сбываются самые сокровенные желания - в Рим! Мне так хотелось побывать там! Хотелось своими глазами увидеть всё то, о чём так захватывающе рассказывал дедушка, и что каждый раз мне представлялось в мечтах. Я представлял, как я брожу по узеньким улочкам и тротуарчикам, уставленными самыми разными прилавками и тележками торговцев. Горожане, будто не замечая никого проталкиваются как можно ближе к этим тележкам, полные желания отхватить самое лучшее из всего ассортимента. Выходя на причал я столкнулся с охраной, но они не спросили мои документы и не срезали с моего пояса кошель с монетами, а бережно, если конечно можно так выразиться, пропустили к короблям, крошечным шхункам и лодочкам со стекающей с днища смолой и поникшими, безжизненными парусами. Отсюда открывается необычайно красивый, с нотками шарма и неповторимой женской кокетливостью вид, завораживающий и горделивый. Такое невозможно было увидеть больше ни в одном уголке земного шара. Сколько раз представлял себе алый закат в римском порту, но ни одному из моих предположений не суждено было сбыться. Вечером, когда последние, уже довольно бледные лучики солнечного света тонут в темноте, на небо, будто на сцену, на долю секунды выскакивают брызги ярко-оранжевого света, а затем опять прячутся под покровом ночи. Это непередеваемое зрелище! Просто восхитительно! Я бесчисленное множество раз прокручивал в голове своё путешествие, и теперь я наконец узнал, отчего мой дедушка так трепетно, но с глубочайшим уважением относился к этому городу. Он любил его за непосредственность, самовыражение, красоту и шарм, которые придают этому божественному чуду ту самую нотку, которая любима всеми людьми на планете Земля.
Мой дедушка был удивительно проницательным и очень образованным человеком. Как историк , он часто за место порядком наскучавших сказок рассказывал мне удивительные и невероятно увлекательные истории из древнегреческой мифологии , знакомил с героями , богами , ужастными , кровожадными чудовищами. Но больше всего меня привлекал Рим. Я находил в дедушкиных рассказах о нём некую прелесть , которая не свойственна другим людям. Высоченные , нет , гигантские , но между тем по-своему ажурные купола храмов , загадочные своды нескончаемых арок на улицах "имперского чуда" , узкие , мощёные грубым , но аккуратным камнем улочки , словно паутина опутывали город. Всё это восхищало меня и вводило в состояние транса-восторга. Такое иногда случается , если видишь нечто необыкновенное , неповторимое , то , чего нельзя больше увидеть ни в одном другом городе. С самого детства моя дорога вела меня только в одно место , туда , где сбываются самые сокровенные желания - в Рим! Мне так хотелось побывать там! Хотелось своими глазами увидеть всё то , о чём так захватывающе рассказывал дедушка , и что каждый раз мне представлялось в мечтах. Я представлял , как я брожу по узеньким улочкам и тротуарчикам , уставленными самыми разными прилавками и тележками торговцев. Горожане , будто не замечая никого проталкиваются как можно ближе к этим тележкам , полные желания отхватить самое лучшее из всего ассортимента. Выходя на причал я столкнулся с охраной , но они не спросили мои документы и не срезали с моего пояса кошель с монетами , а бережно , если конечно можно так выразиться , пропустили к короблям , крошечным шхункам и лодочкам со стекающей с днища смолой и поникшими , безжизненными парусами. Отсюда открывается необычайно красивый , с нотками шарма и неповторимой женской кокетливостью вид , завораживающий и горделивый. Такое невозможно было увидеть больше ни в одном уголке земного шара. Сколько раз представлял себе алый закат в римском порту , но ни одному из моих предположений не суждено было сбыться. Вечером , когда последние , уже довольно бледные лучики солнечного света тонут в темноте , на небо , будто на сцену , на долю секунды выскакивают брызги ярко-оранжевого света , а затем опять прячутся под покровом ночи.Это непередеваемое зрелище! Просто восхитительно! Я бесчисленное множество раз прокручивал в голове своё путешествие , и теперь я наконец узнал , отчего мой дедушка так трепетно , но с глубочайшим уважением относился к этому городу. Он любил его за непосредственность , самовыражение , красоту и шарм , которые придают этому божественному чуду ту самую нотку , которая любима всеми людьми на планете Земля.
С самого детства моя дорога вела меня только в одно место, туда, где сбываются самые сокровенные желания - в Рим! Мне так хотелось побывать там! Хотелось своими глазами увидеть всё то, о чём так захватывающе рассказывал дедушка, и что каждый раз мне представлялось в мечтах.
Я представлял, как я брожу по узеньким улочкам и тротуарчикам, уставленными самыми разными прилавками и тележками торговцев. Горожане, будто не замечая никого проталкиваются как можно ближе к этим тележкам, полные желания отхватить самое лучшее из всего ассортимента. Выходя на причал я столкнулся с охраной, но они не спросили мои документы и не срезали с моего пояса кошель с монетами, а бережно, если конечно можно так выразиться, пропустили к короблям, крошечным шхункам и лодочкам со стекающей с днища смолой и поникшими, безжизненными парусами. Отсюда открывается необычайно красивый, с нотками шарма и неповторимой женской кокетливостью вид, завораживающий и горделивый. Такое невозможно было увидеть больше ни в одном уголке земного шара. Сколько раз представлял себе алый закат в римском порту, но ни одному из моих предположений не суждено было сбыться. Вечером, когда последние, уже довольно бледные лучики солнечного света тонут в темноте, на небо, будто на сцену, на долю секунды выскакивают брызги ярко-оранжевого света, а затем опять прячутся под покровом ночи. Это непередеваемое зрелище! Просто восхитительно!
Я бесчисленное множество раз прокручивал в голове своё путешествие, и теперь я наконец узнал, отчего мой дедушка так трепетно, но с глубочайшим уважением относился к этому городу. Он любил его за непосредственность, самовыражение, красоту и шарм, которые придают этому божественному чуду ту самую нотку, которая любима всеми людьми на планете Земля.