На мой взгляд, Тютчев и Фет очень близки в своем понимании назначении поэта и поэзии. Если убрать "пафос" Фета, то и у него получится то же, что и у Тютчева: поэзия человеку примириться с жизнью, находить в нем свои маленькие радости. Но восторг Фета настолько заразителен, что от него трудно пидмовитися. С его умением радоваться жизни, ценить каждую его минуту, веселее и ярче жить. Тютчев будто смотрит на жизнь со стороны и пытается понять его. Он больше думает о жизни, чем живет. Стихи же Фета воспринимаются как сама жизнь, в них больше чувств, эмоций, ощущений, чем раздумий о нем. Поэтому мне ближе и сама поэзия Фета, что зовет "подняться в жизнь иную, учуять ветр с цветущих берегов", и представление поэта о ней.
В Лондоне показывали диких зверей и за смотренье брали деньгами или собаками и кошками на корм диким зверям.Одному человеку захотелось поглядеть зверей: он ухватил на улице собачонку и принёс её в зверинец. Его пустили смотреть, а собачонку взяли и бросили в клетку ко льву на съеденье.Собачка поджала хвост и прижалась в угол клетки. Лев подошёл к ней и понюхал её.Собачка легла на спину, подняла лапки и стала махать хвостиком.Лев тронул её лапой и перевернул.Собачка вскочила и стала перед львом на задние лапки.Лев смотрел на собачку, поворачивал голову со стороны на сторону и не трогал её.Когда хозяин бросил льву мяса, лев оторвал кусок и оставил собачке.Вечером, когда лев лёг спать, собачка легла подле него и положила свою голову ему на лапу.С тех пор собачка жила в одной клетке со львом, лев не трогал её, ел корм, спал с ней вместе, а иногда играл с ней.Один раз барин пришёл в зверинец и узнал свою собачку; он сказал, что собачка его собственная, и попросил хозяина зверинца отдать ему. Хозяин хотел отдать, но, как только стали звать собачку, чтобы взять её из клетки, лев ощетинился и зарычал.Так прожили лев и собачка целый год в одной клетке.Через год собачка заболела и издохла. Лев перестал есть, а всё нюхал, лизал собачку и трогал её лапой.Когда он понял, что она умерла, он вдруг вспрыгнул, ощетинился, стал хлестать себя хвостом по бокам, бросился на стену клетки и стал грызть засовы и пол.Целый день он бился, метался в клетке и ревел, потом лёг подле мёртвой собачки и затих. Хозяин хотел унести мёртвую собачку, но лев никого не подпускал к ней.Хозяин думал, что лев забудет своё горе, если ему дать другую собачку, и пустил к нему в клетку живую собачку; но лев тотчас разорвал её на куски. Потом он обнял своими лапами мёртвую собачку и так лежал пять дней.На шестой день лев умер.
Ему было важно победить и когда цель была достигнута, и Троекуров доказал, что все в его власти, в том числе и родовое поместье Дубровских, злость утихла. Могущественный обидчик искренне захотел примирения, он собрался вернуть вотчину ее законному владельцу. Но злой рок и гордыня Дубровского помешали счастливой развязке. Он сидел у окна, когда Троекуров приехал мириться, « с видом ужаса и гнева» он упал на пол «без чувств и без дыхания». Смертью старика закончилась дружба двух дворян, которые принадлежали к одному сословию, но деньги и власть стали пропастью в их социальном положении.
На мой взгляд, Тютчев и Фет очень близки в своем понимании назначении поэта и поэзии. Если убрать "пафос" Фета, то и у него получится то же, что и у Тютчева: поэзия человеку примириться с жизнью, находить в нем свои маленькие радости. Но восторг Фета настолько заразителен, что от него трудно пидмовитися. С его умением радоваться жизни, ценить каждую его минуту, веселее и ярче жить. Тютчев будто смотрит на жизнь со стороны и пытается понять его. Он больше думает о жизни, чем живет. Стихи же Фета воспринимаются как сама жизнь, в них больше чувств, эмоций, ощущений, чем раздумий о нем. Поэтому мне ближе и сама поэзия Фета, что зовет "подняться в жизнь иную, учуять ветр с цветущих берегов", и представление поэта о ней.