Так сложилось, что познакомиться с творчеством Ивана Алексеевича Бунина мне пришлось только в студенческие годы. Помню, как на лекции по русской литературе ХХ века наш преподаватель произнёс: « Иван Алексеевич Бунин!». А потом торжественно добавил: «Наш первый Нобелевский лауреат!» Почему-то очень захотелось познакомиться с произведениями писателя. К сожалению, до этого фамилию Бунина не слышала, его книг не читала. И не в силу своей дремучести, просто время было такое: в школе Бунина не изучали, а дома книг писателя не было. В институтской библиотеке дали сборник рассказов Ивана Алексеевича с необычным названием : «Тёмные аллеи». Именно он и положил начало моему знакомству с писателем удивительным, не похожим ни на кого…
Бунин часто в своих рассказах изображал, на мой взгляд, отнюдь не платоническую любовь. У него она чувственная, зримая, осязаемая, порой даже романтическая.
Любовь (по Бунину) ─ одна из самых высоких форм существования человека на Земле.
И всё же огромное и постепенно нарастающее впечатление от сборника – ощущение неимоверного счастья и в определённой мере радость от сознания того, что неизменно олицетворяешь многих главных героев именно с самим автором. Почему-то чувствуешь его родство с ними, а ещё с природой, описанной в рассказах, со временем, изображённым в них, с памятью сердца, запечатлевшего ту или иную историю любви. Получается, что это чувство в понимании автора является вечным, как вечна сама природа, породившая человека.
Ещё я отметила для себя, что в рассказах Бунина вижу то, что очень часто идёт столкновение двух позиций автора. В одной он утверждает, что любовь, как всё остальное на этой планете, проходит. Так даже кажется мне, будто явственно слышу его успокаивающий шёпот: «Всё проходит ─ и это пройдёт…». В другой - он будто бы убедительно доказывает, что любовь ─ самое светлое и большое чувство ─ остаётся в душе человека навсегда. Эти две позиции, эти два голоса особенно различимы, как мне кажется, в заглавном рассказе цикла «Тёмные аллеи». В этом удивительном по красоте и жизненности произведении.
Повествование ведётся от лица героя, имени которого не называется. Но всем своим существом чувствуешь: герой и автор ─ одно лицо. В рассказе наш герой ─ это просто «Он», а его возлюбленная ─ «Она». Вероятно, такая безымянность создаётся Буниным для того, чтобы показать необычность жизненной ситуации, в которой оказался наш герой-повествователь. А может, это дань традиции? Ведь в других, если не во многих рассказах Ивана Алексеевича, неназванность имени того или иного героя говорит о нетипичности происходящего, подчёркивает тем самым её неповторимость. А ещё, как мне кажется, может служить знаком обобщающего, общечеловеческого смысла.
В основе сюжета история любви. Любви такой, какая бывает лишь однажды в тысячу лет. Героиня ─ типичная «тургеневская девушка» с оригинальным, на французский манер именем. Герой ─ дворянский отпрыск, мечтающий отнюдь не о платонической любви. Но вот он, встретив на жизненном пути «свою» Натали, сразу же влюбился в неё страстно. Мечтал о ней и, по всей вероятности, оставался, верен ей всю оставшуюся жизнь, даже после смерти женщины во время родов. Не правда ли, есть что-то символическое в этой истории? В том, наверное, как умеют любить мужчины. В том, как они умеют всю жизнь хранить верность единственной любимой женщине. И это потрясает!
Читая сборник рассказов И.А.Бунина «Тёмные аллеи» впервые, я почему-то сразу же решила для себя: это «мой» писатель. А потом попыталась «нарисовать» его портрет. Получился интеллигентный, умный, слегка насмешливый, конечно, влюблённый, но при этом почему-то такой одинокий и страдающий человек. Ведь огромнейшей силы ностальгией веяло со страниц книги. Книги, созданной вдали от Родины , а потому наполненной неимоверной вселенской тоской и болью о ней.
С «Тёмных аллей» началось моё знакомство с творчеством писателя, которого теперь очень люблю, часто перечитываю и никогда не перестаю восхищаться силой его таланта. А теперь рассказываю уже ученикам о «своём» Бунине. О человеке, «сражённом» любовью, любящем и любимым, радостно созерцающим всё кругом и при этом до сердечной боли тоскующим по России.… Да, наверное, только у нас в России смог родиться необыкновенный писатель, в творчестве которого соединились тонкое мастерство и реализм русской классической прозы.
Кукушка дремал; ему было холодно в истрепанной шапке, обвязанной по ушам тряпкой, и в заплатанной шинели; старчески серьезное и сонное лицо; Кукушка уже давно проводил — где день, где ночь — под чужими кровлями; был очень доволен, очень успокоен своим положением; ел он пристально, с жадной неторопливостью нищего; он был приемыш; его взяли в солдаты; жена его бросила; непутевый малый; не отличался умом; ленив, раздражителен, любил выпить, жить спустя рукава; земли не чаял под собою от радости; на него нашло равнодушие ко всему; сильно постарел, пожелтел и похудел; имел вид настоящего дряхлого старика-калеки; спина с заплатой на шинели и дворянский картуз на голове.
Разделение всей истории на три эпохи – Античность, Средневековье и Новое время предложено в XV в. Тогдашние мыслители гуманисты воспринимали эпоху Средних веков как период одичания и упадка античной культуры. Они надеялись на наступление Нового времени, когда античные традиции возродятся. Поэтому эпоху Средних веков именовали также Тёмными веками.
В узком смысле эту периодизацию уместнее применять лишь к истории Европы. Но её часто используют и для всемирной истории. Началом Средневековья принято считать крах Западной Римской империи в 476 г, а её концом - завоевание Константинополя турками и окончание Столетней войны. Оба события произошли в 1453 г. Другими важными вехами, обозначившими наступление эпохи Нового времени, называют также открытие Нового Света Колумбом в 1492 г. и начало лютеранской Реформации в 1517 г. Для стран Ближнего Востока порой начало Средневековья отсчитывают от рождения ислама в VII в.
Существует и так называемая концепция «долгого Средневековья», которой придерживались некоторые французские историки. Она господствовала и в СССР. Согласно ей окончательно средневековые феодальные порядки в Европе сменяются буржуазными лишь после революции 1789 г. во Франции.