1. Дописьменный. "Балаболка" - так звала маленького Ваню бабушка. А он говорил и говорил. В его детском сознании накапливались не только названия окружающих предметов. В каждом была своя душа. Он говорил с ними, запоминал вкус, цвет, оттенки движения. И все вокруг принадлежало мальчику, рассказывая чудесные сказки о себе.
2. Письменный. "Римский оратор" - гимназическое прозвище Шмелева. В третьем классе запас слов и впечатлений Ивана выплеснулся на бумагу. Сочинения стали его страстью. Не просто скучные описания, как требовал его нелюбимый словесник, а наполненные переживанием увиденного строки. Другой словесник, Цветаев, разглядел в невольном второгоднике талант и поощрял его, наполняя душу ученика любовью к русской словесности, проникновенными строками классиков и верой в себя.
3. Печатный. "Метаморфозы». Прочитанные тома, сочинения философов, собственные наблюдения стали благодатной почвой для прорастания семян таланта. В лето подготовки к аттестату, оболочка лопнула, и сквозь пласты литературы стал пробиваться на свет росток собственного творчества. Летние впечатления, раздумья ли на лоне природы, философские трактаты, а может и все вместе дали тому начало. Первый рассказ, написанный в марте 1894 года, стал отправным моментом в печатном творчестве Шмелева. Умение поведать бумаге свои мысли, вызвало дрожь удовольствия. То было рождение писателя. Первое издание принесло переосмысление себя. Редактор говорил уже не о таланте, а о Божьем даре. Даре рождать слово. Увидав свою фамилию под рассказом без единой правки в журнале "Русское обозрение", Шмелев осознал себя другим. Писателем.
Вставьте пропущенное слово в название сборника Н.С. Лескова “Три … и шерамур”. (Праведника) Назовите главное слово в названии новеллы “Человек на часах”. (Человек) Главный герой рассказа “Человек на часах”. (Постников) Закончите фразу: “То оборвётся и замолкнет, то опять раздастся его измождённый стон и призывной …” . (Крик) Что осталось “пустою” во время часовым тонущего? (Будка) Закончите фразу: “Но Постников помнил и службу и …”. (Присягу) Закончите фразу: “Кто мог и не подлежит каре законов, а кто тот исполнил свой …”. (Долг) Так назывались розги, с которых наказывали солдат, нарушивших воинскую дисциплиную. (Шпицрутены) Закончите фразу: “ – Долг службы никогда не должен быть нарушен. – Да, но это им было сделано по состраданию, по …”. (Великодушию) Закончите фразу: “Солдат говорил, что он стоял на часах и, заслышав стоны человека, тонущего в полынье, долго мучился, долго был в борьбе между служебным долгом и состраданием, и наконец на него напало …”. (Искушение)
1. Дописьменный. "Балаболка" - так звала маленького Ваню бабушка. А он говорил и говорил. В его детском сознании накапливались не только названия окружающих предметов. В каждом была своя душа. Он говорил с ними, запоминал вкус, цвет, оттенки движения. И все вокруг принадлежало мальчику, рассказывая чудесные сказки о себе.
2. Письменный. "Римский оратор" - гимназическое прозвище Шмелева. В третьем классе запас слов и впечатлений Ивана выплеснулся на бумагу. Сочинения стали его страстью. Не просто скучные описания, как требовал его нелюбимый словесник, а наполненные переживанием увиденного строки. Другой словесник, Цветаев, разглядел в невольном второгоднике талант и поощрял его, наполняя душу ученика любовью к русской словесности, проникновенными строками классиков и верой в себя.
3. Печатный. "Метаморфозы». Прочитанные тома, сочинения философов, собственные наблюдения стали благодатной почвой для прорастания семян таланта. В лето подготовки к аттестату, оболочка лопнула, и сквозь пласты литературы стал пробиваться на свет росток собственного творчества. Летние впечатления, раздумья ли на лоне природы, философские трактаты, а может и все вместе дали тому начало. Первый рассказ, написанный в марте 1894 года, стал отправным моментом в печатном творчестве Шмелева. Умение поведать бумаге свои мысли, вызвало дрожь удовольствия. То было рождение писателя. Первое издание принесло переосмысление себя. Редактор говорил уже не о таланте, а о Божьем даре. Даре рождать слово. Увидав свою фамилию под рассказом без единой правки в журнале "Русское обозрение", Шмелев осознал себя другим. Писателем.