ответ:думаю, что звезда в данном стихотворение выступает в роли какой-то мечты. главный герой по-видимому намеревается ее осуществить .но не обязательно это должна быть любовь, в стихе этого не чувствуется, скорее что-то житейское. и образ лодки - значит герой стремится осуществить свои желания. Надо задуматься всего лишь над двумя первыми строками стихотворения, и весь образный строй открывается чисто и ясно.
Может ли ночная звезда осветить горницу? ("В горнице моей светло. Это от ночной звезды"). Ну не в силах же! Значит, не о быте речь. Горница-то - не душа ли лирического героя, коли осветила ее одна-единственная ночная звезда?
Образ звезды, сквозной в лирике Рубцова, может быть символически истолкован как надежда, путь, судьба, предопределённость человеческой жизни, высокий идеал, сопровождающий человека. Свет, идущий от звезды - это горний свет, то есть свет духовный.
Далее возникает образ матушки, идущей за водой. Путь за водой можно понимать не буквально, а символически. Известна целительная сила "живой" колодезной воды - мотив исцеления такой водой широко представлен в русских сказках.
Вода - устойчивый символ жизни, очищения (омовение водой возвращает к исконной чистоте) , возрождения.
Возникает мотив утоления жажды - душевной и духовной, которая может быть осмыслена как жажда о доме, семье - нерушимых Началах в жизни человека.
Ночной свет звезды делает приглушёнными краски и привносит интимную задушевность в горницу. Светло потому, что в горнице есть матушка, создающая уют, дарящая тепло.
С матерью в воспоминаниях Рубцова связаны светлые и печальные моменты. "Шел первый год войны. Моя мать лежала в больнице. : Часто я уходил в безлюдную глубину сада возле нашего дома, где полюбился мне один удивительно красивый алый цветок. Я трогал его, поливал и ухаживал за ним, всячески, как только умел. Об этом моем занятии знал только мой брат, который был на несколько лет старше меня. Однажды он пришел ко мне в сад и сказал: "Пойдем в кино". : Мы посмотрели кино "Золотой ключик", в котором было так много интересного, и, счастливые, возвращались домой. Возле калитки нашего дома нас остановила соседка и сказала: "А ваша мама умерла". У нее на глазах показались слезы. Брат мой заплакал тоже и сказал мне, чтоб я шел домой. Я ничего не понял тогда, что такое случилось, но сердце мое содрогнулось и теперь часто вспоминаю я то кино "Золотой ключик", тот аленький цветок и соседку, которая сказала: "А ваша мама умерла".
Увядание цветов можно осмыслить как символ невосполнимой утраты, опустения дома.
Образ ивы также связан с образом рано умершей матери. Ива - традиционно женское дерево, из-за своей раскидистости символизирует материнство, плодородие, жизненную силу. Поэтому не случайно именно под ней герой будет восстанавливать свой сад и размышлять о судьбе.
В русской поэзии ива традиционно символизирует печаль и грусть ("плакучая").
Возможно, что возвращение в родную горницу - это лишь мечта, а не реальное возвращение. Герой хочет вернуться в детство, чтобы отдать сыновий долг, чтобы вновь обрести себя через ощущение родного дома и семьи.
Четвёртая строфа, построенная на традиционном для фольклора психологическом параллелизме ("поливать цветы" - "думать о своей судьбе") звучит жизнеутверждающе. Анафоричное "буду" не только усиливает намерение действия, но и подчеркивает само содержание действий, направленных на "исправление ошибок" или, лучше сказать, на преодоление "загнивания" в самом себе, из-за которого увядание и обветшание происходит в мире вокруг. Лодка нужна для продолжения жизни. Мастерить лодку - значит строить свою судьбу.
"В горнице" - это попытка разобраться в себе, "зачерпнуть" детских воспоминаний как воды из колодца, утолить духовную жажду о доме как неком вечном причале человеческой жизни (в стихотворении "Отплытие" герой Рубцова плывёт именно в детство - "на мглистый берег юности своей"). Обострённое чувство дома как пристанища мучило поэта - он искал его всю жизнь. Не случайно в стихотворении постоянно повторяются личные местоимения: "в горнице моей", "цветы мои", "на стене моей"). Герой как бы выстраивает, пусть и в сновидении, свой мир, свой дом.
Объяснение:
Родился 5 декабря 1923 года в деревне Макаровская (ныне Шелотское сельское поселение Верховажского района Вологодской области)[6][7] в семье народного судьи, затем ставшего прокурором. В 1938 году семья Тендряковых переехала в Кировскую область, в посёлок Подосиновец. Отец работал прокурором района, в начале войны был мобилизован в армию и обратно не вернулся. Мать Татьяна Петровна была домохозяйкой.
В декабре 1941 года Владимир Тендряков был призван в РККА и направлен в школу младших командиров, по окончании которой получил звание младшего сержанта-радиста. В июле 1942 года отправлен на фронт. Первое ранение получил под Сталинградом. В августе 1943 года под Харьковом был ранен вторично, осколком снаряда, на этот раз тяжело, был эвакуирован в госпиталь в Пензенской области на станцию Пачелма, где и пролежал до 17 января 1944 года. После лечения в госпитале Владимир Тендряков вернулся домой инвалидом третьей группы, работал в Подосиновце школьным учителем (преподавал военное дело), затем по совету старшего товарища Аркадия Филёва работал секретарём Подосиновского райкома комсомола.
В 1945 году переехал в Москву. Осенью 1945 года поступил во Всесоюзный государственный институт кинематографии (ВГИК) на художественный факультет, но уже через год перешёл в Литературный институт, который окончил в 1951 году. Учился в семинаре К. Г. Паустовского. В 1948 г. вступил в ВКП(б).
Тендряков женился на журналисте и редакторе журнала «Знамя» Наталье Григорьевне Асмоловой (род. 1933), старшей сестре теплофизика и государственного деятеля В. Г. Асмолова и психолога А. Г. Асмолова. Её отец — заслуженный энергетик СССР Григорий Львович Асмолов (Асмоловский, 1907—1984), мать — экономист Мария Самойловна Асмолова (урождённая Йогман, 1909—1983), в 1920 годах была секретарём Харьковского городского комитета ВЛКСМ.
Первый рассказ Владимира Тендрякова «Дела моего взвода» был опубликован в 1947 году в «Альманахе молодых писателей». Далее публиковался в журнале «Огонёк», в котором с 1951 по 1953 год работал внештатным корреспондентом вместе с Владимиром Солоухиным и Александром Рекемчуком. Сотрудничал с журналом «Смена». С 1955 года стал профессиональным писателем, полностью отдавшись литературному труду.
В 1954 году в журнале «Новый мир» была напечатана повесть Владимира Тендрякова «Не ко двору», а через два года в «Новом мире» был опубликован первый его большой роман «Тугой узел», журнальный вариант которого назывался «Саша вступает в жизнь»[8]. Тендряков стал самым востребованным писателем того времени[9]. С завершением «оттепели» практически все произведения Тендрякова сталкивались с цензурными затруднениями. Многие из них были опубликованы только в годы Перестройки, уже после смерти писателя.
С 1964 года Тендряков входил в редколлегию журнала «Наука и религия». В 1967 избран членом правления СП СССР (переизбирался в 1971, 1976 и 1981 годах). В 1966 году подписал письмо 25-ти деятелей культуры и науки генеральному секретарю ЦК КПСС Л. И. Брежневу против реабилитации Сталина.[10]
Скончался 3 августа 1984 года от инсульта.
Могила Тендрякова В.
Похоронен в Москве на Кунцевском кладбище.