Ультиматум, который предъявляет Тимур — герой повести А. Гайдара «Тимур и его команда» — главарю хулиганствующей мальчишеской компании Мишке Квакину, сформулирован так:
«Атаману шайки по очистке чужих садов и огородов Михаилу Квакину и его гнуснопрославленному Петру Пятакову, иначе именуемому просто Фигурой (тут Квакин комментирует: "гнуснопрославленный"! Это уж что-то очень по-благородному, могли бы дурака назвать и попроще), а также всем членам этой позорной компании ультиматум.
Ввиду того, что вы по ночам совершаете налеты на сады мирных жителей, не щадя и тех домов, на которых стоит наш знак — красная звезда... вам, трусливым негодяям, мы приказываем: не позже, чем завтра утром, Михаилу Квакину и гнусноподобной личности Фигуре явиться на место, которое им гонцами будет указано, имея на руках список всех членов вашей позорной шайки.
А в случае отказа мы оставляем за собой полную свободу действий».
Квакин не знает, что такое ультиматум, и более эрудированный Алешка объясняет ему доходчиво и вполне по сути дела: «Это такое международное слово. Бить будут».
Угроза в тимуровском ультиматуме выражена очень туманным образом, но Алешка и ее растолковывает безошибочно: «Бить будут!»
Вряд ли Тимур рассчитывал, что Квакин примет предъявленные ему требования. К тому же, эти невыполнимые требования нарочно пересыпаны оскорблениями, чтобы еще более спровоцировать отказ. Команда Тимура была готова к мерам против квакинцев и на следующий день осуществила их.
В совокупности пейзаж и интерьер воссоздают среду, внешнюю по отношению к человеку. При этом может подчеркиваться условность границ между пейзажем и интерьером . Так, в стихотворении А.С. Пушкина «Зимнее утро» герой и героиня находятся в комнате, но в окно видны «великолепные ковры» снегов «под голубыми небесами». Пространства, оказывающиеся по разные стороны границ, могут быть не только разделены, но и противопоставлены (в частности, в связи с мотивом заточения, например, в стихотворении «Узник» Пушкина).
Традиционно под пейзажем понимается изображение природы, но это не совсем точно, что подчеркивает сама этимология (фр. paysage, от pays — страна, местность) и что, к сожалению, редко учитывается в определениях понятия. Как справедливо указывает Л.М. Щемелева, пейзаж — это описание «любого незамкнутого пространства внешнего мира». За исключением так называемого дикого пейзажа , описание природы обычно вбирает в себя образы вещей, созданных человеком. В одном из эпизодов романа И А Гончарова «Обрыв» читаем: «Дождь лил как из ведра, молния сверкала за молнией, гром ревел. И сумерки, и тучи погрузили все в глубокий мрак. Райский стал раскаиваться в своем артистическом намерении посмотреть грозу, потому что от ливня намокший зонтик пропускал воду ему на лицо и на платье, ноги вязли в мокрой глине, и он, забывший подробности местности, беспрестанно натыкался в роще на бугры, на пни или скакал в ямы. Он поминутно останавливался и только при блеске молнии делал несколько шагов вперед. Он знал, что тут была где-то, на дне обрыва, беседка, когда кусты и деревья, росшие по обрыву, составляли часть сада» (ч. III, гл. XIII). Намокший зонтик, платье героя, беседка —все это предметы материальной культуры, и они наравне с дождем и молнией составляют предметно-изобразительный мир художественного произведения . Здесь хорошо видна взаимопроницаемость компонентов: вещи органично соседствуют в пейзаже с явлениями природы. В вымышленном художественном мире повторяется ситуация реальной жизни, где человек и природа находятся в постоянном взаимодействии. Поэтому при литературоведческом анализе конкретного пейзажа все элементы описания рассматриваются в совокупности, иначе будет нарушена целостность предмета и его эстетического восприятия.
«Атаману шайки по очистке чужих садов и огородов Михаилу Квакину и его гнуснопрославленному Петру Пятакову, иначе именуемому просто Фигурой (тут Квакин комментирует: "гнуснопрославленный"! Это уж что-то очень по-благородному, могли бы дурака назвать и попроще), а также всем членам этой позорной компании ультиматум.
Ввиду того, что вы по ночам совершаете налеты на сады мирных жителей, не щадя и тех домов, на которых стоит наш знак — красная звезда... вам, трусливым негодяям, мы приказываем: не позже, чем завтра утром, Михаилу Квакину и гнусноподобной личности Фигуре явиться на место, которое им гонцами будет указано, имея на руках список всех членов вашей позорной шайки.
А в случае отказа мы оставляем за собой полную свободу действий».
Квакин не знает, что такое ультиматум, и более эрудированный Алешка объясняет ему доходчиво и вполне по сути дела: «Это такое международное слово. Бить будут».
Угроза в тимуровском ультиматуме выражена очень туманным образом, но Алешка и ее растолковывает безошибочно: «Бить будут!»
Вряд ли Тимур рассчитывал, что Квакин примет предъявленные ему требования. К тому же, эти невыполнимые требования нарочно пересыпаны оскорблениями, чтобы еще более спровоцировать отказ. Команда Тимура была готова к мерам против квакинцев и на следующий день осуществила их.