Григорий скребицкий «лесное эхо» мне было тогда лет пять или шесть. мы жили в деревне. однажды мы с мамой пошли в лес за земляникой. земляники в тот год уродилось много. она росла на старой лесной вырубке. как сейчас помню я этот день, хотя с тех пор более пятидесяти лет. день был солнечный, жаркий. но только мы подошли к лесу, вдруг набежала синяя кудрявая тучка. из неё посыпался частый крупный дождь. а солнце всё светило. дождевые капли падали на землю, тяжело шлёпались о листья. потом повисли они на траве, на ветвях кустов и деревьев. в каждой капле отражалось, играло радужное лучистое солнце. мы с мамой встали под дерево, а тёплый дождик уж и кончился. – погляди-ка, юра, как красиво, – сказала мама, выходя из-под веток. я взглянул. через всё небо разноцветной дугой протянулась радуга. один её конец упирался в нашу деревню, а другой уходил далеко в заречные луга. – ух, здорово! – сказал я. – прямо как мост. вот бы по нему пробежаться! – ты лучше по земле бегай, – засмеялась мама. и мы пошли в лес собирать от земли шёл лёгкий пар. – ау! ау! – кричал я. «ау! ау! » – отозвалось из лесной дали. – не бойся, это эхо! – сказала мама. с мамой мне хорошо и спокойно. вопросы и по чтению. 1) почему мама и чему учила своего сына? 2)выпиши предложение, которое раскрывает главную мысль текста. 3) какие черты характера в детстве мальчику впоследствии стать великим писателем? запиши 1-3 предложения, выразив свои мысли.
Мне жаль прекращать писать. Читатель заметил, как постепенно усложнялись темы писем. Мы шли с читателем, поднимаясь по лестнице. Иначе и быть не могло: зачем тогда и писать, если оставаться на том же уровне, не восходя постепенно по ступеням опыта — опыта нравственного и эстетического. Жизнь требует усложнений.
Возможно, у читателя создалось представление об авторе писем как о высокомерном человеке, пытающемся учить всех и всему. Это не совсем так. В письмах я не только «учил», но и учился. Я смог учить именно потому, что одновременно учился: учился у своего опыта, который пытался обобщить. Многое мне приходило на ум и по мере того, как я писал. Я не только излагал свой опыт — я и осмыслял свой опыт. Мои письма наставительные, но, наставляя, я наставлялся сам. Мы поднимались с читателем вместе по ступеням опыта, не моего только опыта, но опыта многих людей. Писать письма мне сами читатели — они со мной беседовали неслышно.
Что же самое главное в жизни? Главное может быть в оттенках у каждого свое собственное, неповторимое. Но все же главное должно быть у каждого человека. Жизнь не должна рассыпаться на мелочи, растворяться в каждодневных заботах.
И еще, самое существенное: главное, каким бы оно ни было индивидуальным у каждого человека, должно быть добрым и значительным.
Человек должен уметь не просто подниматься, но подниматься над самим собой, над своими личными повседневными заботами и думать о смысле своей жизни — оглядывать и заглядывать в будущее.
Если жить только для себя, своими мелкими заботами о собственном благополучии, то от прожитого не останется и следа. Если же жить для других, то другие сберегут то, чему служил, чему отдавал силы.
Заметил ли читатель, что все дурное и мелкое в жизни быстро забывается. Еще людьми владеет досада на дурного и эгоистичного человека, на сделанное им плохое, но самого человека уже не помнят, он стерся в памяти. Люди, ни о ком не заботящиеся, как бы выпадают из памяти.
А люди, служившие другим, служившие по-умному, имевшие в жизни добрую и значительную цель, запоминаются надолго. Помнят их слова, поступки, их облик, их шутки, а иногда чудачества. О них рассказывают. Гораздо реже и, разумеется, с недобрым чувством говорят о злых.
В жизни надо иметь свое служение — служение какому-то делу. Пусть дело это будет маленьким, оно станет большим, если будешь ему верен.
В жизни ценнее всего доброта, и при этом доброта умная, целенаправленная. Умная доброта — самое ценное в человеке, самое к нему располагающее и самое в конечном счете верное по пути к личному счастью.
Счастья достигает тот, кто стремится сделать счастливыми других и хоть на время забыть о своих интересах, о себе. Это «неразменный рубль».
Знать это, помнить об этом всегда и следовать путями доброты — очень и очень важно. Поверьте мне!