пересказ:
июльским днем рассказчик охотился в чернском уезде тульской губернии. когда стемнело, охотник понял, что заблудился, и только выйдя к реке, определил, где он. это был бежин луг. внизу, под холмом мелькали огни и копошились люди, и он решил спуститься к ним.
это оказались крестьянские из соседней деревни, которые стерегли табун. немного поговорили, охотник прилег под куст недалеко от костра и стал слушать рассказы мальчиков. всего их было пятеро: федя, павлуша, ильюша, костя и ваня. старшему, феде, было лет четырнадцать. он был стройным, красивым, с кудрявыми белокурыми волосами, светлыми глазами и постоянной полувеселой улыбкой. по всем приметам он принадлежал к богатой семье и выехал в поле не по нужде, а ради забавы. второй мальчик, павлуша, имел черные волосы, серые глаза, бледное рябое лицо, большой рот и огромную голову. вся его одежда состояла из простой рубахи и заплатанных портов. у третьего, ильюши, было довольно незначительное лицо: вытянутое, подслеповатое, выражало какую-то тупую, болезненную заботливость. его желтые, почти белые волосы были под войлочную шапочку. на нем были новые лапти и онучи, а толстая веревка стягивала его черную свитку. ему и павлуше на вид было не более двенадцати лет. четвертый, костя, мальчик лет десяти, с задумчивым и печальным взглядом. лицо у него было небольшое, все в веснушках, на нем выделялись большие черные блестевшие глаза. он был маленького роста, сложения тщедушного и одет довольно бедно. последний, ваня, лежал на земле под рогожей и только изредка выставлял из-под нее свою русую кудрявую голову. ему было всего лет семь.
они сидели вокруг костра с котелком, в котором варилась картошка, постепенно разговорились. ильюша рассказывал о домовом: после смены человек десять заночевали в рольне. ночью услышали наверху чьи-то шаги, потом дверь открылась, но там никого не оказалось, только вдруг одна из форм поднялась в воздух и опять встала на место. все перепугались и друг под дружку полезли.
Война вошла в жизнь каждого человека, и в каждую жизнь она внесла тревоги и волнения, заботы и горести.
Время требовало от литературы строгости и точности в передаче дум и чаяний народа, в раскрытии характера человека. Стихи, созданные в те годы о войне, отмечены знаком суровой правды жизни, правды человеческих чувств и переживаний. В них порой, даже резких, даже зовущих к мщению насильникам и обидчикам, властно звучит гуманистическое начало.
Хотя во времена стародавние и бытовала истина о том, что, когда разговаривают пушки, музы молчат, живой опыт человечества начисто опроверг ее.
В войне против немецко-фашистских претендентов на господство над миром советская поэзия стояла в авангарде всех литературных жанров, заплатив за свое право разговаривать от имени воюющего народа жизнью многих поэтов.
Все виды поэтического оружия: и пламенная призывная публицистика, и задушевная лирика солдатского сердца, и едкая сатира, и большие формы лирической и лирико-эпической поэмы — нашли свое выражение в коллективном опыте военных лет.