Автор высмеивает поклонение власти , в лице императора, западной культуре. Диковины западных стран императору милее, он не может поверить , что в России есть таланты, которые могут превзойти по таланту и мастерству умельцев Западных культур. Лесков смеётся над равнодушием и безразличием правительства за судьбу страны. Но это не тот смех, от которого на душе приятно и хорошо. Это смех сквозь слёзы ! Автор переживает за будущее страны. Каким оно будет при таких правителях и при таком отношении к русской культуре и людям, несущим эту культуру!?
В восемнадцать лет Дагни окончила школу. По этому случаю отец отправил Дагни в Христианию погостить к своей сестре Магде. Магда работала театральной портнихой. Муж её Нильс служил в том же театре парикмахером. Дагни часто ходила в театр. Это было увлекательное занятие. Но после спектаклей Дагни долго не засыпала и даже плакала иногда у себя в постели. Напуганная этим, тетушка Магда успокаивала Дагни и настояла на том, чтобы пойти ради разнообразия на концерт. Был тёплый июнь. Стояли белые ночи. Концерты проходили в городском парке под открытым небом. Несмотря на вечер, ни дирижер, ни оркестранты не включили лампочек над пультами. Дагни впервые слышала симфоническую музыку. Она произвела на неё странное действие. Все переливы и громы оркестра вызывали в Дагни множество картин, похожих на сны. Потом она вздрогнула и подняла глаза. Ей почудилось, что худой мужчина во фраке, объявлявший программу концерта, назвал её имя. Дядюшка Нильс смотрел на Дагни не то с ужасом, не то с восхищением. И так же смотрела на неё тетушка Магда. - Что случилось? - спросила Дагни. Магда схватила её за руку и Слушай! Тогда Дагни услыхала, как человек во фраке сказал: - Слушатели из последних рядов просят меня повторить. Итак, сейчас будет исполнена знаменитая музыкальная пьеса Эдварда Грига, посвященная дочери лесника Хагерупа Педерсена Дагни Педерсен по случаю того, что ей исполнилось восемнадцать лет. Дагни вздохнула так глубоко, что у нее заболела грудь. Она хотела сдержать этим вздохом подступившие к горлу слезы, но это не Дагни нагнулась и закрыла лицо руками. Сначала она ничего не слышала. Внутри у нее шумела буря. Потом она наконец услышала, как поет ранним утром пастушеский рожок и в ответ ему сотнями голосов, чуть вздрогнув, откликается, как эхо, струнный оркестр. Мелодия росла, подымалась, бушевала, как ветер, неслась по вершинам деревьев, срывала листья, качала траву, била в лицо прохладными брызгами. Дагни почувствовала порыв воздуха, исходящий от музыки, и заставила себя успокоиться. Да! Это был её лес, её родина, её горы, песни рожков, шум её моря! Так, значит, это был он! Тот седой человек, что ей донести до дому корзину с еловыми шишками. Это был Эдвард Григ, волшебник и великий музыкант! Так вот тот подарок, что он обещал сделать ей через десять лет! Дагни плакала, не скрываясь, слезами благодарности.
