На улице стоял солнечный день.Все изнемогали от такой жаркой погоды. Осталось учится всего месяц, но уже многие мечтали о прогулках по морю, о без сонных ночах, но не как ни про учебу . "Еще один день в аду."-промолвил кто-то на задней парте. Катя кинула взгляд на окно.Все также ярко светило солнце, люди шли на море и ели мороженое."Как только этот ад закончится сразу иду в кино."-подумала она.В кинотеатре было прохладно, он так манил свежим запахом попкорна и ледяной газировкой.Катя была отличницей и всегда делала так как говорила ей мать.Ведь ей трудно воспитывать меня одной без папы так всегда считала Катя. Но на этот раз она твердо решила сегодня с лучшей подругой Соней пойти в кино.После уроков она отзвонилась маме и сказала, что сегодня будут дополнительные занятия и она хотела бы остаться так как скоро экзамены. Мама ответила : " Хорошо, Катя, сегодня завал на работе так, что и я буду поздно."На этом их разговор закончился и Катя с чистой душой пошла в кино.Там она наслаждалась запахом свеже приготовленного попкорна и холодной колой, а так же прохладой в зале.Народу было много, вмести с Соней они купили предпоследние места в зале. В середине фильма Катя повернула голову на тех кто в заде очень громко разговаривали и увидела маму с её подругой.Так что помните тайное всегда становится явным!
«Гобсек» цитатная характеристика …речь идёт о некоем ростовщике. Лицо этого человека.. . его желтоватая бледность напоминала цвет серебра, с которого слезла позолота. Волосы у моего ростовщика были совершенно прямые, всегда аккуратно причёсанные и с сильной проседью — пепельно-серые. Черты лица, неподвижные, бесстрастные, как у Талейрана, казались отлитыми из бронзы. Глаза, маленькие и жёлтые, словно у хорька, и почти без ресниц, не выносили яркого света, поэтому он защищал их большим козырьком потрёпанного картуза. Острый кончик длинного носа, изрытый рябинами, походил на буравчик, а губы были тонкие, как у алхимиков и древних стариков на картинах Рембрандта и Метсу. Говорил этот человек тихо, мягко, никогда не горячился. Возраст его был загадкой: я никогда не мог понять, состарился ли он до времени или же хорошо сохранился и останется моложавым на веки вечные. Это был какой-то человек-автомат, которого заводили ежедневно. ..этот человек во время разговора вдруг умолкал, выжидая, пока не стихнет шум проезжающего под окнами экипажа, так как не желал напрягать голос. По примеру Фонтенеля, он берёг жизненную энергию, подавляя в себе все человеческие чувства. ..К вечеру человек-вексель становился обыкновенным человеком, а слиток металла в его груди — человеческим сердцем. Если он бывал доволен истёкшим днём, то потирал себе руки, а из глубоких морщин, бороздивших его лицо, как будто поднимался дымок весёлости, — право, невозможно изобразить иными словами его немую усмешку, игру лицевых мускулов, выражавшую, вероятно, те же ощущения, что и беззвучный смех Кожаного Чулка. Всегда, даже в минуты самой большой радости, говорил он односложно и сохранял сдержанность. Цитаты о любви Гобсека к золоту и деньгам “Золото – вот духовная ценность нынешнего общества”. “Вы всему верите, а я ничему не верю. Ну что ж, сберегите свои иллюзии, если можете. Я вам сейчас подведу итог человеческой жизни. То, что в Европе вызывает восторг, в Азии карается, То, что в Париже считается пороком, за Азарскими островами признается необходимостью. Нет на земле ничего прочного, есть только условности, и в каждом климате они различны.. . всяческие наши нравственные правила и убеждения – пустые слова.. . Вот поживите с мое, узнаете, что из всех земных благ есть только одно, достаточно надежное, чтобы стоило человеку гнаться за ним. Это… золото. В золоте сосредоточены все силы человечества.. . А что касается нравов человек везде одинаков: везде идет борьба между бедными и богатыми, везде. И она неизбежна. Так лучше уж самому давить, чем позволять, чтобы другие тебя давили”. Гобсек говорит: “У меня взор, как у господа бога: я читаю в сердцах”. Цитаты о испытаниях в жизни Гобсека “Мать пристроила его юнгой на корабль, и в десятилетнем возрасте он отплыл в голландские владения Ост-Индии, где и скитался двадцать лет. Морщины его желтоватого лица хранили тайну страшных испытаний, внезапных ужасных событий, неожиданных удач, романтических превратностей, безмерных радостей, голодных дней, попранной любви, богатства, разорения и вновь нажитого богатства, смертельных опасностей, когда жизнь, висевшую на волоске мгновенные и, быть может, жестокие действия, оправданные необходимостью. ” Перед посещением Гобсека Максимом де Трай ростовщик готовит пистолеты, говоря: “…я уверен в своей меткости, потому что мне случалось и на тигра ходить и на палубе корабля драться в абордажной схватке не на живот, а на смерть… ” В разговоре Дервиля с графом де Ресто стряпчий так говорит о Гобсека: “Я ничего не знаю о его Возможно, он был корсаром; возможно, блуждал по всему свету, торговал бриллиантами или людьми, женщинами или государственными тайнами; но я глубоко уверен, что ни одна душа человеческая не получила такой жестокой закалки в испытаниях, как он”. Дервил в разговоре с графом де Ресто говорит о Гобсеке: “… вне этих дел он человек самой щепетильной честности во всем Париже”.
