1.сАША чЕРНЫЙ ОЧЕНЬ ХОРОШИЙ ПИСАТЕЛЬ
2.
Родился в Одессе в зажиточной еврейской семье. Отец, Михаил Давидович Гликберг (1852 — 6 сентября 1911)[4], был провизором, разъездным представителем химической фирмы[5] (степень аптекарского Михаил Гликберг получил 16 апреля 1871 года на медицинском факультете Императорского университета Святого Владимира в Киеве[6]). Мать, Марьям Мееровна (также урождённая Гликберг, 1857—?), происходила из купеческой семьи — её брат, купец 2-й гильдии Янкель Меерович (Яков Маркович) Гликберг, был занят в железной скобяной торговле[7][8][9]. Родители поженились 8 июля 1877 года. В семье было пятеро детей — Лидия (1879), Александр (1880), Владимир (1883), Ольга (1885—1893) и Георгий (1893)[10][11]. Семья проживала в доме Семашко (квартира 18) на Ришельевской улице
Картину ужасающей нищеты являет собой и жилище Мармеладова. В комнате его везде разбросано детское тряпье, через задний угол протянута дырявая простыня, из мебели — лишь ободранный диван, два стула и старый кухонный стол, некрашеный и ничем не накрытый. Характерно, что комнату Мармеладова освещает маленький огарок свечи. Деталь эта символизирует собой постепенное угасание жизни в этой семье. И действительно, сначала умирает Мармеладов, раздавленный богатым экипажем, потом — Катерина Ивановна. Соня уезжает с Раскольниковым, поместив детей в сиротские заведения.
Из комнат персонажей мы попадаем на темные, грязные, узкие лестницы. Как писал М. М. Бахтин, вся жизнь героев фактически проходит на лестнице, на виду у окружающих.
На пороге, у дверей, происходит разговор Раскольникова с Соней, который подслушивает Свидригайлов. Соседи Мармеладова, собравшись на лестнице, с любопытством наблюдают за его предсмертной исповедью. Приезд доктора и священника, муки умирающего Мармеладова, отчаяние Катерины Ивановны — для окружающих все это не более чем интересный спектакль. На лестнице же, по дороге от Мармеладовых, Родион встречает священника.
Последняя сцена эта глубоко символична. Раскольников привозит домой умирающего Мармеладова и его несчастному семейству, оставив Катерине Ивановне деньги на похороны мужа. В первый раз после убийства Раскольникова заполняет «новое, необъятное ощущение вдруг прихлынувшей полной и могучей жизни». В этот момент, спускаясь по лестнице, он встречается со священником. Священник в этой сцене — символ добра, милосердия, того лучшего, что живет в душе героя. На лестнице Раскольникова догоняет Поленька, младшая сестра Сони, чистое, невинное дитя. В порыве благодарности и детского восторга, Поленька горячо обнимает Родиона. Этой сценой Достоевский как будто открывает для своего героя возможность раскаяния, обретения единства с людьми.
Символична в романе и обстановка гостиницы Свидригайлова, где он проводит последнюю ночь перед самоубийством. Номер его представляет собой очень маленькую «клетушку», «даже почти не под рост» герою, стены имеют вид «как бы сколоченных из досок с обшарканными обоями». Маленькая комната, сколоченные из досок стены — все это напоминает нам гроб. Таким образом, в данном случае интерьер у Достоевского предваряет будущие события — смерть Свидригайлова.
Стоит отметить, что во всех описаниях обстановки в романе преобладает желтый тон. Желтенькие пыльные обои в каморке Раскольникова, в комнате Сони, в квартире Алены Ивановны, в гостинице, где остановился Свидригайлов. Кроме того, в доме старухи-процентщицы мебель из желтого дерева, картинки в желтых рамках.
Сам по себе желтый цвет — цвет солнца, жизни, общения и открытости. Однако у Достоевского символическое значение цвета перевернуто: в романе он подчеркивает не полноту жизни, а безжизненность. Характерно, что в описаниях обстановки мы нигде не встречаем яркого, чистого желтого цвета. В интерьерах у Достоевского всегда присутствует грязно-желтый, уныло-желтый. Тем самым жизненный тонус персонажей в романе как бы автоматически снижается.
Таким образом, описания обстановки в романе — это не только фон, на котором происходит действие, не только элемент композиции. Это и символ жизненной, человеческой бесприютности героев. Это и символ Петербурга, города «неправильных четырехугольников». Кроме того, детали интерьера нередко предваряют будущие события в романе.