В «Ревизоре» я решился собрать в одну кучу все дурное в России, какое я тогда знал, все несправедливости, какие делаются в тех местах и в тех случаях, где больше всего требуется от человека справедливости, и за одним разом посмеяться над всем» . Правда, это сказано опять-таки ретроспективно: в 1847 году в «Авторской исповеди» , в пору написания комедии Гоголь с такой итоговой четкостью об ее задании еще не говорил, но сами по себе такие категории, как общественная справедливость и благо, вовсе не были ему чужды; напротив, именно с их еще с юношеских лет, обдумывал Гоголь свой путь. Вспомним: «Я перебирал в уме… все должности в государстве и остановился на одном, на юстиции. Я видел, что здесь работы будет более всего… » и т. д. Разве это не та же лексика, не тот же круг понятий, что и в определении задания «Ревизора» ? Широта и обобщенность изображения запечатлелись в первых же редакциях пьесы. Свой «Уездный город» еще в начальном варианте «Театрального разъезда… » драматург назвал «сборным городом всей темной стороны» . Разве это не то же самое, что «собрать в одну кучу все дурное в России…? » В этом городе есть все – как в маленьком государстве. Тут и просвещение, и почта, и здравоохранение, и своего рода социальное обеспечение (в лице попечителя богоугодных заведений) , и карательные органы, т. е. полиция, и, конечно, суд, юстиция – предмет пристального интереса Гоголя с гимназической поры. Комедия отражает возросшее разочарование писателя в этой отрасли государственной деятельности. В «Повести о том, как поссорился… » поступки судейских лиц отличались бестолковостью; в «Ревизоре» суд – это вообще образец запутанности и беспорядка. «Я вот уже пятнадцать лет сижу на судейском стуле, а как загляну в докладную записку – А! Только рукой махну, - говорит судья Аммос Федорович, - сам Соломон не разрешит, что в ней правда, а что неправда» . Да и не только в суде – во всех «местах» дела идут кое-как, «тяп-ляп» (ср. фамилию Аммоса Федоровича – «Ляпкин-Тяпкин»!) , из рук вон плохо, только вот полиция усердствует – ставит синяки и правому и виноватому» . Город в «Ревизоре» последовательно иерархичен и, так сказать, пирамидален: на вершине его, как маленький царек, восседает городничий. Есть в городе и неофициальные сферы: свое избранное общество, свое дамское общество, в котором первенствует опять-таки семейство городничего; свое общественное мнение; Свои поставщики новостей в лице городских помещиков Бобчинского и Добчинского.
Действие происходит на фоне прекрасной восточной природы.В песчаных степях аравийской земли Три гордые пальмы высоко росли, — пишет поэт. И нам сразу представляются раскидистые высокие красавицы, которые берегут под «кущей зеленой», дарящей отдых и прохладу, ленточку ручейка с холодной водой. Многие годы журчал студеный родник, а роскошная листва ждала под свою тень уставшего путника. Но никто не приходил к пальмам и не склонялся к живительному ручью, напрасно ждали они странника, который, утомившись от зноя, остановился бы отдохнуть в тени деревьев, с благодарностью приник к «влаге студеной» родника. «На то ль мы родились, чтоб здесь увядать?» — обращаются пальмы к Богу, недовольные своей несправедливой судьбой. И что же ждет их в ответ? Небо услышало мольбу: вдали появился долгожданный караван.
Устроились путники отдохнуть в тени деревьев, наполнили кувшины водой из родника. Казалось бы, оправдались наконец долгие годы ожидания. Но, лишь только спустился вечер, жестокие люди срубили под корень деревья. Дети оборвали зеленую листву, сами пальмы были безжалостно изрублены, «и медленно жгли их до утра огнем». А утром караван спокойно продолжил свой путь, оставив после себя лишь бесплодную почву. И что же мы видим теперь? Вместо зеленой сени листьев, «ныне все дико и пусто кругом». Не с кем пошептаться роднику. Он уже не струится, как прежде, журча холодной волной.
Напрасно пророка о тени он просит —
Его лишь песок раскаленный заносит...
Так бессмысленно погибли гордые пальмы, которые видели смысл всей своей жизни в том, чтобы радовать глаз, дарить влагу и прохладу среди знойной песчаной пустыни. Красота, которая существовала в этих краях долгие годы, была уничтожена в один момент. Разве задумались эти люди, что оставили они после себя? Такая жестокость людей непростительна!
Стихотворение «Три пальмы» удивляет своей красочностью и силой. Большое впечатление произвело оно и на выдающегося русского критика В. Г. Белинского. «Какая образность! — так все и видишь перед собою, а увидев раз, никогда уж не забудешь! Дивная картина — так и блестит все яркостию восточных красок! Какая живописность, музыкальность, сила и крепость в каждом стихе...», — писал он. В Сирии это стихотворение Лермонтова переведено на арабский язык, и дети в школах учат его наизусть.
Правда, это сказано опять-таки ретроспективно: в 1847 году в «Авторской исповеди» , в пору написания комедии Гоголь с такой итоговой четкостью об ее задании еще не говорил, но сами по себе такие категории, как общественная справедливость и благо, вовсе не были ему чужды; напротив, именно с их еще с юношеских лет, обдумывал Гоголь свой путь. Вспомним: «Я перебирал в уме… все должности в государстве и остановился на одном, на юстиции. Я видел, что здесь работы будет более всего… » и т. д. Разве это не та же лексика, не тот же круг понятий, что и в определении задания «Ревизора» ?
Широта и обобщенность изображения запечатлелись в первых же редакциях пьесы. Свой «Уездный город» еще в начальном варианте «Театрального разъезда… » драматург назвал «сборным городом всей темной стороны» . Разве это не то же самое, что «собрать в одну кучу все дурное в России…? »
В этом городе есть все – как в маленьком государстве. Тут и просвещение, и почта, и здравоохранение, и своего рода социальное обеспечение (в лице попечителя богоугодных заведений) , и карательные органы, т. е. полиция, и, конечно, суд, юстиция – предмет пристального интереса Гоголя с гимназической поры.
Комедия отражает возросшее разочарование писателя в этой отрасли государственной деятельности. В «Повести о том, как поссорился… » поступки судейских лиц отличались бестолковостью; в «Ревизоре» суд – это вообще образец запутанности и беспорядка. «Я вот уже пятнадцать лет сижу на судейском стуле, а как загляну в докладную записку – А! Только рукой махну, - говорит судья Аммос Федорович, - сам Соломон не разрешит, что в ней правда, а что неправда» .
Да и не только в суде – во всех «местах» дела идут кое-как, «тяп-ляп» (ср. фамилию Аммоса Федоровича – «Ляпкин-Тяпкин»!) , из рук вон плохо, только вот полиция усердствует – ставит синяки и правому и виноватому» .
Город в «Ревизоре» последовательно иерархичен и, так сказать, пирамидален: на вершине его, как маленький царек, восседает городничий. Есть в городе и неофициальные сферы: свое избранное общество, свое дамское общество, в котором первенствует опять-таки семейство городничего; свое общественное мнение; Свои поставщики новостей в лице городских помещиков Бобчинского и Добчинского.