Удивительной чистотой, силой и свежестью чувства, глубиной душевных переживаний веет от произведений замечательного русского поэта Николая Михайловича Рубцова. «Из души живые звуки в стройный просятся мотив», — писал поэт в стихотворении «Весна на море ».
И действительно, стройность мотива в стихах Рубцова удивительная. Читая его произведения, не устаешь удивляться тому, как послушны автору слова, как естественно складываются они в строки, а строки плавно переходят одна в другую. О чем бы ни писал Николай Рубцов — во всем неповторимая гармония, сила, красота. В его стихотворениях — прелесть русской природы, искренняя любовь к родному краю, насыщенная и многообразная внутренняя жизнь человека. В них — и биография самого поэта. «Стихи пытался писать еще в детстве», — говорит автор. Плененный занимательными книгами о морских путешествиях, юный Николай Рубцов буквально бредил морем. И его глубокие, искренние чувства уже тогда выливались в стихотворные строки:
* Вечно в движении, вечно волна, * (Шумны просторы морские), * Лишь человеку покорна она, * Сила суровой стихии. * К морю нельзя равнодушным быть… * Если, настойчиво споря, * Ты говоришь: «Не могу любить» * Значит, боишься моря.
С годами зов моря не только не ослабнет в душе поэта, а станет еще сильнее, и он осуществит свою мечту. Море станет одной из самых ярких страниц его жизни и в то же время первым серьезным испытанием, суровой жизненной школой. Море останется его первой и, возможно, самой сильной любовью. Такой же сильной, как любовь к родине, к родному селу Никольское, где детство поэта:
* Деревья, избы, лошадь на мосту, * Цветущий луг — везде о них тоскую. * И разлюбив всю эту красоту, * Я не создам, наверное, другую…
Так трогательно и проникновенно писал Рубцов в стихотворении «Утро». И он никогда не смог разлюбить красоту милых сердцу мест. Где бы ни находился поэт, его душа всегда остается на родине, в ее лугах, полях, лесах, в стогах сена и пении птиц:
* Но моя родимая землица * Надо мной удерживает власть, - * Память возвращается, как птица, * В то гнездо, в котором родилась. * И вокруг любви непобедимой * К селам, к соснам, к ягодам Руси * Жизнь моя вращается незримо, * Как земля вокруг своей оси, — * признается автор в стихотворении «Ось».
Часто, особенно по вечерам, поэт любил погружаться в воспоминания детства — воспоминания о родном селе, о милой сердцу природе, о постоянно манящем море. И в эти моменты в его душе рождались самые поэтические строки. Наверное, поэтому Николай Рубцов больше всего любил одиночество:
* В горьких невзгодах дня * Было порой невмочь. * Только одна и утешит меня * Ночь, черная ночь.
Ночью, в одиноких раздумьях, он находил успокоение и даже утешение. И стихотворения, созданные в часы этих раздумий, передают сложный душевный мир лирического героя, все оттенки его психологического состояния. Внутренней жизни человека, его душе поэтом посвящено немало прекрасных строк. «Все темы души — это вечные темы, и они никогда не стареют, они вечно свежи и общеинтересны», — удивительно точно сказал Н. Рубцов. О чем бы он ни писал, он всегда стремился подчиняться не одному рассудку, но и чувству. Возможно, даже чувству — в большей степени, потому что, как писал поэт в своем стихотворении «О чем писать?»:
* Но если нет * Ни радости, ни горя, * Тогда не мни, * Что звонко запоешь, * Любая тема — * Поля или моря, * И тема гор - * Все это будет ложь!
Николай Рубцов писал чувством, писал сердцем, самой душой.
Роман Гончарова был использован Добролюбовым как острое оружие в обличении прогнившего крепостнического строя, в борьбе за интересы народа. Критик, указав на «необыкновенное богатство содержания романа», глубоко раскрыл его социально- политический смысл, увидев в обломовщине порождение крепостнического строя, и расценил роман как протест против крепостничества. По словам Добролюбова, в романе «сказалось новое слово нашего общественного развития, произнесенное ясно и твердо, без отчаяния и без ребяческих надежд, но с полным сознанием истины. Слово это — обломовщина...» Оно «служит к разгадке многих явлений русской жизни, и оно придает роману Гончарова гораздо более общественного значения, нежели сколько имеют его все наши обличительные повести».
