Директор кукольного театра. Краткое содержание сказки Андерсена
Когда директор кукольного театра давал представление на почтовой станции, среди публики был интересный господин: с виду студент, но по слухам — кандидат политических наук. Его лекция впечатлила директора.
На следующий день после спектакля этот человек пригласил директора «распить бутылочку». В процессе увлекательнейшей беседы директор упомянул, что был бы совсем счастлив, если бы его куклы ожили. И вдруг это желание исполнилось, но живые марионетки стали капризничать, а когда директор попытался их приструнить, избили его до полусмерти.
Когда герой очнулся, куклы валялись вокруг сундука. Директор опять стал счастливейшим человеком, ведь его труппа не рассуждает, публика (в основном, дети) тоже особо не привередничает, он может свободно сочинять сам для себя пьесы или брать любую готовую.
отличительная черта натуры кирибеевича — желание покрасоваться, “нарядом похвастаться”, “показать удальство своё”. рабская натура, угодничество кирибеевича в нём желание властвовать, ни в чём не знать отказа. алёну дмитриевну он выбирает не только за красоту: его уязвляет её независимость, безразличие к нему, “царскому опричнику”:
у ворот стоят у тесовыхкрасны девушки да молодушки,и любуются, глядя, перешёптываясь,лишь одна не глядит, не любуется,полосатой фатой закрывается.
соблазняя алёну дмитриевну, кирибеевич прельщает её завидным положением, богатством: “станут все тебе завидовать…” слова кирибеевича перед поединком звучат дерзким вызовом уверенного в своей победе царского любимца.
как и положено опричнику, кирибеевич лишён честного имени — он “бусурманский сын”, без роду, без племени, не случайно лермонтов величает калашникова по имени-отчеству, а кирибеевича — только кирибеевичем.
вместе с тем кирибеевич по-своему незаурядная, яркая личность. его не назовёшь безликим прихлебателем, в нём, как и в калашникове, есть удалое начало.
«песня…» — ответ лермонтова бескровной, ничтожной современности. белинский справедливо заметил: “поэт от настоящего мира не удовлетворяющей его жизни перенёсся в прошедшее”. но и в современной лермонтову действительности были те, кто “жадною толпой” стояли у трона, были и “невольники чести”. в достойную великую эпоху, как и в “железный” девятнадцатый век, как и в наше время, конфликт чести и бесчестия, независимой гордой личности и “лукавого рабства” не утрачивает своей остроты.