Понятие «шариковщина» появилось в нашем языке благодаря повести Михаила Афанасьевича Булгакова «Собачье сердце», созданной писателем в 1925 году. Традиционно принято считать, что это произведение задумывалось как политическая сатира, целью которой было обличить пороки постреволюционного общества и поставить под сомнение саму идею вмешательства в естественный ход истории.
В основе сюжета повести лежит эксперимент, проведенный профессором Филиппом Филипповичем Преображенским над дворовым псом Шариком. Ученый искал омоложения организма, и для этого он пересадил собаке внутренние органы недавно скончавшегося пьяницы и дебошира Клима Чугункина.
Эксперимент этот удался, и из обычной дворняги Шарик превратился в человека, провозгласившего себя Полиграфом Полиграфовичем Шариковым. Этот персонаж является собирательным образом и олицетворяет типичного представителя пролетариата и носителя ценностей данного социального класса.
После революции такие люди получили неожиданно большое количество прав, что, по мнению Булгакова, привело к обнаружению их истинной сущности. Эгоизм, посягательство на чужую собственность, полное отсутствие нравственных принципов и абсолютная безграмотность — это и принято понимать под явлением шариковщины.
Как ведет себя Шариков? Он пьет, ругается бранными словами, дебоширит и не признает авторитетов. Однако, это не мешает ему быстро подхватить большевистские идеи о социальном равенстве: «А то что ж: один в семи комнатах расселился… а другой шляется, в сорных ящиках питание ищет».
С Швондера — председателя домового комитета Шарикову удается подняться по карьерной лестнице и даже занять должность заведующего подотделом очистки Москвы от бродячих животных. Тут еще ярче начинает проявляться его «гнилая» сущность. Получив власть, Шариков пытается не только вредить профессору Преображенскому, который имеет более высокий социальный статус, но и уничтожать себе подобных, а именно, дворовых псов и бездомных кошек.
Таких Шариковых во времена Булгакова было очень много. Именно поэтому повесть «Собачье сердце» после написания еще долго была запрещена цензурой.
Род Шариковых не прекратил своего существования и сегодня. Отсутствие моральных принципов, низкий уровень культуры, хамство, стремление любой ценой вырваться «из грязи в князи» — вот характерные черты многих представителей современного общества.
Помимо Шариковых, в наше время достаточно и таких людей, как Швондер, потакающих им и продвинуться по социальной лестнице, а также изготавливающих все необходимые для этого документы. Профессор Преображенский метко замечает: «Швондер и есть самый главный дурак. Он не понимает, что Шариков для него более грозная опасность, чем для меня». Справедливость этого утверждения сложно отрицать.
Таким образом, причины, позволяющие явлению шариковщины продолжать существовать и процветать в наше время, следует искать далеко в истории. Сегодня исправить эту ситуацию вряд ли возможно, поскольку не известно, какая сила обратить процесс появления на свет людей с собачьим сердцем.
Подробнее - на -
Объяснение:
ответ: вдруг оказался в людском потоке один добрый молодой человек. очевидный провинциал, длинные волосы, спускающиеся из-под меховой шапки, делали его похожим на семинариста. что с вами, спросил он, вам как-то не по себе? вот странный юноша. у нас ведь здесь и через упавшего переступают, а я просто стоял. просто, очевидно, меня вегетативная дистония сжала или, по выражению льва николаевича, «арзамасская» охватила тоска.
светло-серые глаза внимательны и неформальны. я улыбнулся через силу и сделал жест ладошкой — ничего, мол, полный хоккей. он улыбнулся, на секунду притронулся к моему плечу рукой в вязаной белой перчатке и пошел прочь, но обернулся все-таки метров через пять, и вот, странное дело, такая малость — этот вопрос, прикосновение к плечу, улыбка и совсем уже внепрограммный поворот головы будто бы оживили меня, подействовали словно какая-то могучая инъекция.
есть люди, способные передавать свою прану другим. приятель, увлекающийся востоком и эзотерическими теориями, давал мне недавно некий манускрипт, размноженный на ксероксе. по сути дела как раз такими людьми были святые, говорил манускрипт. все чудеса христа не метафора, а реальность, ибо ему свойственен был высший дар передачи праны. человек же, на ходящийся в особом болезненном состоянии, ну, скажем, охваченный вегетативной дистонией, воспринимает прану гораздо активнее прочих, ему иногда и простой улыбки-то пробегающего мимо гражданина бывает достаточно, чтобы на время спастись.
я вышел из подземного перехода, не без некоторой даже бодрости думая о том утешительном, что почерпнул из полузапретного манускрипта. запасы праны в мире неисчерпаемы. учитесь передавать прану, усвойте, что, передавая прану другим, вы не тратите, а наоборот увеличиваете ваш собственный запас.
раньше, когда подобных манускриптов в москве и в помине не было и когда я просто-напросто был моложе на десять лет, я, кажется, неплохо умел передавать свою прану другим. во всяком случае, я умел передавать ее команде. такое иногда случалось в напряженнейшие моменты матчей. я брал тайм-аут, окружали меня и… возникало какое-то особое состояние, я как будто вздымался до высоты своих гигантов. я говорил обычное: «держи его плотнее», «пробуй свои броски», «проходи по центру», и кивали, но смысл этих наставлений в такие моменты им был не нужен. все тогда говорили: «у шатка вдохновение», а вот сейчас я понимаю, что излучал могучие волны праны. заряжались в этих волнах. в такие моменты я всегда понимал, что мы выиграли.
теперь от меня не прана исходит, а муть и тоска, похожая на застойные ссаки. теперь моя команда выигрывает только у тех, кто заведомо слабее, да и то по инерции. уже несколько сезонов мы проигрываем «танкам» без всякой борьбы, а раньше хоть и проигрывали этой военной машине, но всегда дерзко, наступательно, а то и выигрывали иногда.
конечно, я знаю эту странную игру, ставшую моей жизнью, так, как мало кто ее еще знает, опыт у меня огромный, и в федерации меня ценят, но в напряженные моменты матчей больше не окружают меня горячим плотным кольцом, а стоят расслабленные, словно усталые жеребцы, и вяло кивают. иссякло мое вдохновение — и все цементируется.
в этом манускрипте цитируется индийский йог свами кришнадевананда, гласящий, что всякий должен ощущать постоянное присутствие всемогущего, с которым соединяет тебя твоя бес-смертная душа, же тело есть храм бога, астральное же тело — это человеческая суть, малый залив в безбрежном океане мировой энергии, которая пульсирует вместе с тобой, вместе с каждым под метроном данного нам свыше священного слова ом.
десять или пятнадцать лет назад, в разгаре побед, если бы я услышал слова этого йога, я бы только усмехнулся, а скорее всего я бы их просто не услышал.
сейчас мне кажется, что я уже ощущал этот священный метроном, там, у кромки бора в пустых квашах, когда лежал на спине в травах. рядом на стебельке покачивалась очаровательная зеленая пушистая гусеница, в отдалении летела к свияге очаровательная чайка, ветер прошел по папоротникам, конечно же очаровательным, и не коснулся очаровательных анютиных глаз, темнело минута за минутой, и звезды промывались под невидимыми, но безусловными накатами какого-то очарования, и каждое движение этой волны полностью соответствовало тому, что происходило тогда во мне, поистине я ощущал себя малым заливом гигантского океана и радовался этой причастности.
конечно, я ничего не мог тогда знать о боге (только и сохранилась из самого уже раннего детства мимолетная картинка — няня на коленях перед иконой, которую она обычно прятала в своем сундуке), религия была темой официальных острот, культурно-массового затейничества…
и вот сейчас я, атеист, член партии, член президиума всесоюзной федерации баскетбола, все время возвращаюсь к тем счастливым дням и думаю: бог ли тогда прикасался ко мне или просто молодое тело радовалось совершенству своих обменных процессов?