Особлива роль Мефістофеля у творі Ґете «Фауст»В основу трагедії «Фауст» Ґете поклав легенду про вченого й мага-чорнокнижника. За цією легендою Фауст був реальною історичною особою. Він жив наприкінці XV — на початку XVI століття, займався науками і магією. Ці заняття переходили межу дозволеного. Легендарний Фауст запродав душу дияволові, щоб здобути всі знання і зазнати всіх насолод.Ґете творчо опрацював легенду доби Відродження і явив світові версію життя Фауста, у якій Мефістофель відіграє основну роль.Уперше читач зустрічається з Мефістофелем у частині «Пролог на небі». Архангели Рафаїл, Гавриїл і Михаїл славлять величні справи Творця. Мефістофель іронічно заявляє, що не вміє «так компліментів править», як челядь Господа, «як ангели, удатні на язик», бо він є свідком «лиш мізерності людської». Мефістофель запевняє Господа: «Я так люблю живих людей, Як любить кіт живих мишей».У просторах Космосу, на тлі світил і безперервної зміни світла і тьми, іде суперечка Господа з чортом — Мефістофелем — про суть і можливості людини. Обидві ці фігури умовні, але подані зримо і конкретно.Мефістофель вважає, що життя людини не має сенсу, а сама людина — комаха, що напівлітає, напівскаче, свистить, як сарана. Вона має сидіти в траві і не совати носа у справи, яких не може оцінити.Господь вважає, що помилки людини зовсім не свідчать про її ницість. Мудрість Бога така всеосяжна, що навіть до Мефістофеля він ставиться непогано: говорить і сперечається з ним як з рівним і, по суті, доручає йому випробувати людину, щоб завадити застою в її душі.Бог дозволяє дияволу випробувати Фауста, який «поки що у мороці блукає», але йде вперед. Цей експеримент має підтвердити або гідність людини, або ЇЇ нікчемність.Зміст «Фауста» універсальний: молодість і старість, мужність і жіночність, народження і смерть, війна і мир, побут і політика, наука і мистецтво. Гете то підносить читача до висот філософсько-поетичних ідей, то повертає його на землю, до матеріального побуту і конкретних людських стосунків.У сцені першої частини твору «Кабінет Фауста» учений-маг складає угоду з Мефістофелем. Диявол зобов'язується до Фаусту все відчути і все пізнати до моменту, коли той скаже: «Спинися, мить! Прекрасна ти!»Мефістофелю здавалося, що він легко заволодіє душею Фауста, але невдовзі йому довелося розчаруватися. Він був постійним супутником ученого, його помічником і водночас ворогом. Але, на відміну від фольклорного чорта, Мефістофель Гете — це «тої сили часть, що робить лиш добро, бажаючи лиш злого». Письменник намагається довести, що зло може бути рушійною силою життя і сприяти творенню добра, коли людина бореться із тим злом. Мефістофель завжди поряд із Фаустом, щоб не давати йому впадати у спокій. Він спонукає вченого до дії, породжує невдоволення собою. Мефістофель — це дух заперечення, руйнування, але, за визначенням Ґете, саме в таких умовах відбувається творення нового, поступ уперед.Отже, Мефістофель у творі «Фауст» виконує особливу роль каталізатора, без якого не буде нового, припиниться рух до світла, до пізнання, до істини.
Пиковая дама" - философская повесть по своей проблематике.
Действие этой повести развертывается в современное Пушкину время и отражает широкий круг размышлений автора над русской жизнью начала 19 столетия. В "Пиковой даме" Пушкин обратился к широкому кругу философских проблем : человек, свобода, свобода нравственного выбора, судьба, случайное и закономерное, игра, "злодейство" - лишь некоторые из философских вопросов, осмысляемых автором в этой глубокой по содержанию повести. Название позволяет уподобить художественный мир повести карточной игре, где карты- персонажи произведения и где есть игроки - силы распоряжаться картами-персонажами по своей воле. Герой вступает в поединок с судьбой, считая, что трезвый расчет позволит ему достичь вожделенной цели. Пиковая дама становится не только картой в игре Германна с судьбой, но местью судьбы за попрание Человека, нравственного закона, т. е. герой сам оказывается картой в более крупной игре, и его "карта бита".
Противопоставляя Лизавету Ивановну и Германна, их судьбы, Пушкин утверждает неразделимость нравственности и судьбы человеческой личности.
С лирических отступлений” писатель выражает свое отношение к описываемым им людям и событиям; эти “отступления” несут в себе утверждение высокого призвания человека, значимости больших общественных идей и интересов. Лирические места автором включены в произведение с большим художественным тактом. Вначале они содержат его высказывания только о героях произведения, но по мере развития сюжета их темы становятся все более разносторонними. Рассказав о Манилове и Коробочке, автор ненадолго прерывает повествование, как будто хочет немного отойти в сторону, чтобы читателю стала яснее нарисованная картина жизни. Авторское отступление, которым прерывается рассказ о Коробочке, содержит в себе сравнение ее с “сестрой” из аристократического общества, которая, несмотря на иной облик, ничем не отличается от поместной хозяйки. После посещения Ноздрёва Чичиков в дороге встречается с прекрасной блондинкой. Описание этой встречи завершается замечательным авторским отступлением: “Везде, где бы ни было в жизни, среди ли черствых, шероховато-бедных и неопрятно-плеснеющих низменных рядов ее, или среди однообразно-хладных и скучно-опрятных сословий высших, везде хоть раз встретится на пути человеку явленье, не похожее на все то, что случалось ему видеть дотоле, которое хоть раз пробудит в нем чувство, не похожее на те, которые суждено ему чувствовать всю жизнь”. Но все это совершенно чуждо Чичикову: его холодная осмотрительность здесь сопоставляется с непосредственным проявлением человеческих чувств. В конце пятой главы “лирическое отступление” носит совершенно иной характер. Здесь автор говорит уже не о герое, не об отношении к нему, а о могучем русском человеке, о талантливости русского народа. Внешне это “лирическое отступление” как будто мало связано со всем предыдущим развитием действия, но оно очень важно для раскрытия основной идеи поэмы: подлинная Россия — это не собакевичи, ноздрёвы и коробочки, а народ, народная стихия. С лирическими высказываниями о русском слове и народном характере тесно связана и та вдохновенная исповедь художника о своей юности, о своем восприятии жизни, которая открывает шестую главу. Повествование о Плюшкине, с наибольшей силой воплотившем в себе низменные стремления и чувства, прерывается гневными словами автора, имеющими глубокий, обобщающий смысл: “И до такой ничтожности, мелочности, гадости мог снизойти человек! ” Седьмую главу Гоголь начинает своими рассуждениями о творческой и жизненной судьбе писателя в современном ему обществе, о двух разных уделах, ожидающих писателя. В этом “лирическом отступлении” отразились не только взгляды писателя на искусство, но также его отношение к господствующим верхам общества и к народу.
В главах, посвященных изображению города, мы встречаем авторские высказывания о чинах и сословиях: “...теперь у нас все чины и сословия так раздражены, что все, что ни есть в печатной книге, уже кажется им личностью: таково уж, видно, расположенье в воздухе”. Особенной силы пафос писателя достигает в “лирическом отступлении”: “Русь, Русь! Вижу тебя из моего чудного, прекрасного далека”.Это “лирическое отступление” составляет грань между двумя звеньями повествования-городскими сценами и рассказом о происхождении Чичикова. Здесь уже широко развернута тема России, в которой “бедно, разбросано и неприютно”, но где не могут не родиться богатыри. Вслед за этим автор делится с читателем мыслями, которые вызывают в нем далекая дорога и мчащаяся тройка. Гоголь набрасывает здесь одну за другой картины русской природы, возникающие перед взором путешественника, мчащегося на быстрых конях по осенней дороге. И несмотря на то что образ птицы-тройки остался позади, в данном “лирическом отступлении” мы снова чувствуем его. Но без ответа остается самый важный для Гоголя вопрос: “Русь, куда ж несешься ты? ” Что ждало в конце пути эту “вдохновенную Богом” страну, тогда мог ведать только Бог.
