В зале толпилось несколько генералов в шитых золотом мундирах. Запорожцы поклонились на все стороны и стали в кучу. Минуту спустя, вошел в сопровождении целой свиты величественного росту довольно плотный человек в гетьманском мундире, в желтых сапожках. Волосы на нем были растрепаны, один глаз немного крив, на лице изображалась какая-то надменная величавость, во всех движениях видна была привычка повелевать. Все генералы, которые расхаживали довольно спесиво в золотых мундирах, засуетились и с низкими поклонами, казалось, ловили его слово и даже малейшее движение, чтобы сейчас лететь выполнять его. Но гетьман не обратил даже и внимания, едва кивнул головою и подошел к запорожцам.
Запорожцы отвесили все поклон в ноги.
„Все ли вы здесь?“ спросил он протяжно, произнося слова немного в нос.
„Та вси, батьку!“ отвечали запорожцы, кланяясь снова.
„Не забудете говорить так, как я вас учил?“
„Нет, батько, не позабудем“.
„Это царь?“ спросил кузнец одного из запорожцев.
„Куда тебе царь! это сам Потемкин“...
Ночь перед рождеством Николай Васильевич Гоголь
В зале толпилось несколько генералов в шитых золотом мундирах. Запорожцы поклонились на все стороны и стали в кучу. Минуту спустя, вошел в сопровождении целой свиты величественного росту довольно плотный человек в гетьманском мундире, в желтых сапожках. Волосы на нем были растрепаны, один глаз немного крив, на лице изображалась какая-то надменная величавость, во всех движениях видна была привычка повелевать. Все генералы, которые расхаживали довольно спесиво в золотых мундирах, засуетились и с низкими поклонами, казалось, ловили его слово и даже малейшее движение, чтобы сейчас лететь выполнять его. Но гетьман не обратил даже и внимания, едва кивнул головою и подошел к запорожцам.
Запорожцы отвесили все поклон в ноги.
„Все ли вы здесь?“ спросил он протяжно, произнося слова немного в нос.
„Та вси, батьку!“ отвечали запорожцы, кланяясь снова.
„Не забудете говорить так, как я вас учил?“
„Нет, батько, не позабудем“.
„Это царь?“ спросил кузнец одного из запорожцев.
„Куда тебе царь! это сам Потемкин“...
Ночь перед рождеством Николай Васильевич Гоголь
