Многим людям просто наплевать на твое существование. Просто все равно. Ты для них - как кусок камня. Вот ты есть, а им это абсолютно не выгодно да и просто не нужно знать. А есть люди, которые любят тебя, для которых ты можешь значить очень много. Для которых ты дорог...
Можно объяснить использую пример из произведения "маленький принц", иак для принца роза была любимая и единственная, хотя для остальных на свете было много таких цветов, или же лис, прирученный им, который теперь был не просто лисом, а желанным и любимым зверем
Игорь Грабарь известен пейзажными картинами, на которых изображены виды русской природы. Художник изображал природу по-особенному, так как ее видит он. На картине художника Игоря Грабаря «Февральская лазурь» нарисован зимний пейзаж. На переднем плане картины изображена береза. Художник смотрит на нее как бы снизу, лежа на земле. От этого форма березы, ее ветки выглядит как-то нереально, фантастично. Поражают цвета на картине. Хотя изображен февральский день, но на картине мало белого цвета – цвета снега. Больше ярких весенних цветов. Художник этим передает, что скоро кончится зима и на смену ей придет весна. Голубой цвет на картине имеет много оттенков. Художник применяет и светло-зеленый, почти голубой цвет и ультрамариновый, для окрашивания зимнего неба. Впечатление, что цвета перекликаются между собой, соединяются в фантастическую музыку. Сиреневый снег, лазоревое небо, жемчужная береза – все фантастические оттенки голубого цвета сливаются и переходят друг в друга, создают какое-то праздничное настроение. На заднем плане картины изображен лес, который нарисован такими же очаровательными цветами. Картина понравилась своей таинственностью. Взгляд притягивает форма дерева. Береза на картине отличается тем, что на нее смотришь от самой земли. Необычный взгляд на дерево, его огромные раскидистые ветки выделяются на фоне голубого неба. Впечатление, что береза наклонилась над тобой, хочет укрыть тебя своей кроной. Когда долго рассматриваешь картину, поднимается настроение. Хочется очутиться около этой фантастической березы, обнять ее, погладить бугристую кору дерева. Не зря художника Игоря Грабаря называли «поэтом русской зимы».
Когда ёлку принесли в дом, первым её запах услышал Большой Красный Шар с белой снежинкой на боку. Он проснулся и закричал: — Эй, вы, сонные тетери! Бал! Блестящие фонарики замигали: — Бал! Бал! Бал! И принялись начищать бока о старого ватного Деда Мороза. Он был глуховат, но, когда захлопали флажки, открыл глаза. — Опять Новый год? — Ах, ну конечно! Бал! Бал! — ответили ему, подпрыгивая, стеклянные кошки. — В этом году я снова буду королевой ёлки! — заявила Серебряная Фея с пружинками-завитушками на голове. — Нет уж, позвольте! — стал, как обычно, спорить Картонный Домик. Он не начищал бока о Деда Мороза, считая это вредным, а лишь пыхтел, отдуваясь от пыли. Ему нужнее всех оказаться под потолком. Того и гляди, помнут. — Не позволю! Никому не позволю! — грозно прикрикнула Шишка. — Я — Шишка! А шишки у ёлок висят наверху! — Подумаешь, шишка! — зазвенела Стеклянная Сосулька. — Мои сёстры растут на крышах, которые выше ёлок. Я, может, тоже хочу быть королевой… — А трещина?! — воскликнула Снежинка. — Подумаешь! — Сосулька посмотрелась в сияющий белый шарик. — С одного бока немножко… Если правильно повесить, то и не видно. — Опомнитесь, на вас и ниток-то нет! — заверещал Разноцветный Попугай на прищепке. Он был немножко красный, немножко синий, немножко зелёный и очень этим гордился. Те игрушки, что растеряли нитки, смущённо переглянулись.
— Ничего, привяжут, — важно ответил Снеговик. — Но Новый год — это я, а не вы. Он поправил поролоновую морковку и подмигнул Снежинке: — Снег выше всего. Он над всеми домами кружится и даже над самолётами. Снеговик принялся карабкаться к крышке, расталкивая соседей. Всем известно, что те игрушки, которые лежат сверху, вешают на ёлку первыми. За ним поспешили Картонный Домик, Серебряная Фея, Сосулька и Шишка.
— Выскочки! — заметил Большой Красный Шар с белой снежинкой на боку. Он был любимым шаром мамы и никуда не торопился. Маленький Ослик забился в угол и думал только об одном: как сделать так, чтобы его достали последним? В раз он спрятался в ватной бороде Деда Мороза, но теперь к нему не пробраться. Все чистились о красный потрёпанный тулуп. Все хотели сиять ярче, чтобы огни гирлянды, когда её зажгут, танцевали в них золотыми искорками. На балу, таком весёлом и коротком, каждой игрушке хочется быть самой красивой. Весь год, сквозь дрёму, они вспоминают праздник. Весь год мечтают о следующем. Весь год беспокоятся: каким он будет? Какую привяжут нитку? Как высоко повесят? Будет ли видно телевизор? Не разобьют? Удастся ли поболтать с новичками: мандаринами и конфетами, которые висят совсем недолго и никогда не ложатся в коробку? Только Ослик ни о чём таком не думал. Он никогда не видел комнату сверху. Никогда не начищал бока, не боялся разбиться. И нитку к нему не привязывали. Он был Пластилиновым Осликом, которого слепил Павлик. Вокруг синего туловища намотан жёлтый шнурок — великолепная попона, концы которой разлохматились и превратились в уздечку. Ослик может везти тележку из спичечной коробки и вообще всё, что привяжут. Его слепили, чтобы играть. Ослик залез под серпантин и мечтал только об одном: оказаться последним, висеть пониже, чтобы Павлик увидел и вспомнил его. Павлик — это мама. Павлик — это папа. У него тёплые ладошки и большие серые глаза. Он умеет всё на свете: читать вверх ногами книжки, строить башни принцесс и медведей. Он лепит шарики, змей и огурцы. А бегает так, что даже королева ёлки подпрыгивает на верхушке! Ослик боится одного: только бы Павлик не вырос. Большой Красный Шар с белой снежинкой на боку рассказывал, что дети вырастают и забывают свои игрушки. Но не всегда. Мама Павлика не забыла Большой Красный Шар с белой снежинкой на боку. Когда открывают коробку, все игрушки жмурятся от яркого света. Все, кроме Ослика. Он смотрит вверх и, затаив дыхание, ищет Павлика. Он готов скакать к нему, только немного запутался в серпантине.
А есть люди, которые любят тебя, для которых ты можешь значить очень много. Для которых ты дорог...