Гостеприимный Гаврил Гаврилович жил с женой и дочкой Машей. Мария была влюблена во Владимира. Он прапорщик, жил в соседней деревни. Они хотели обвенчаться без согласия родителей, ибо те были против. За Машей должны были прибыть сани и отвести в село, где они должны обвенчаться. В ожидании побега она отказалась от ужина. В условленное время вышла на дорогу ждать, а там метель. Владимир в этот день уговаривал священника, искать свидетелей, выехал в село и началась метель. В итоге решили Машу отдать за Владимира, но он ответил письмом, что ноги его не будет в их доме. Он уехал в армию и после был ранен на Бородино. И Маша сказала, что будет верна ему. Война окончилась и приехал раненый гусарский полковник Бурмин. Они понравились друг други. И как то в саду Бурмин сказал Маше, что любит её, но не может стать мужем, так как женат, но не знает, где же его жена, жива ли вообще. И он рассказал ей историю, что во время отпуска он сбился с дороги во время метели и приехал в церковь. В церкви сидела молодая девушка они обвенчались. Кда их предложили поцеловаться, девушка повернулась и закричала НЕ ОН! и потеряла сознание. Слуга его умер и нет ни какой возможности отыскать девушку. Он не знает ни где она живёт, ни как её зовут. Боже, сказала Мария, так это бы ты. Бурман побледнел и бросился к ней.
В «Песне...» использованы различные приемы, приближающие поэму Лермонтова к особому жанру – песне. Так, в произведении важную роль играют гусляры. К тому же, не очень ярко выражено авторское присутствие. Автор использует различные средства эмоциональной фонетики, поэтического синтаксиса, которые приближают произведение к народной песне. Например: Не сияет на небе солнце красное, Не любуются им тучки синие: То за трапезой сидит во златом венце, Сидит грозный царь Иван Васильевич... В этом отрывке мы видим синтаксический повтор и параллелизм. Поэтому можно сказать, что именно использование художественных средств сближает «Песню...» Лермонтова с народной. Кроме того, близко произведение к устному народному и по содержанию. Не зря ведь говорят, что основа фольклорной песни – это ее нравственная, духовная направленность. В ней рассказывается о красоте и величии нашей Родины, раскрываются традиции народного быта, особенности культуры и вероисповедания. Не зря отрывки «Над Москвой великой...», «Заря над Москвой», «Ох ты гой еси...» были положены на музыку. Ведь в них раскрывается особая для русского человека тема. Прежде всего – это прославление Москвы. К тому же, именно эти отрывки являются близкими к фольклорным именно по своей структуре.
В 1380 году перед Куликовской битвой Дмитрий Иванович приезжал просить благословение на предстоящее сражение. О личном участии Преподобного Сергия в подготовке к сражению и в момент самой Куликовской битвы сохранились летописные повествования. Готовясь выступить в поход, великий князь Дмитрий поехал в Троицкий монастырь, чтобы получить благословение Божие у игумена Сергия. Преподобный после совершенной литургии предсказал князю Дмитрию, что в битве сам он останется живым, но «многим, без числа многим, сотрудникам князя плетутся венцы мученические с вечной памятью». Сергий в благословение русскому воинству дал двух схимонахов – Александра Пересвета (бывший боярин Брянский) и Андрея Ослябю (бывший боярин Любецкий). Оба они были до принятия монашества опытными воинами. Во время сражения сам Сергий вместе с братией горячо молился и просил Бога о даровании победы православному воинству. К этому сюжету особый интерес проявляли и проявляют художники. Написаны иконы, картины. Среди них есть икона Василия Гурьянова «Сергий Радонежский благословляет князя Дмитрия Донского на Куликовскую битву». 1904 г.
