I. Вступление 1. Тема поэта и поэзии — традиционная в русской литературе. Ее начали разрабатывать еще поэты XVIII века — Кантемир, Ломоносов, Державин. В творчестве Пушкина эта тема получила дальнейшее развитие. II. Главная часть 1. В своем понимании поэзии Пушкин соединил представление о ней как о высоком общественном служении и как о великом Божьем даре. 2. Гражданственность поэзии, ее причастность к общественным проблемам эпохи. Этот аспект нашел отражение в таких стихотворениях, как «Вольность», «К Чаадаеву», «Арион». 3. Поэзия как Божий дар, накладывающий на поэта особую ответственность. Стихотворение «Пророк». Поэтический дар приносит человеку «шестикрылый серафим» — посланник Бога. Но для того, чтобы этот дар снизошел на человека, необходимы определенные внутренние предпосылки. Это стремление к высшему, внематериальному («духовная жажда»), уход в «пустыню», т.е. от светской шумной жизни. Свойства поэта — особые духовные зрение и слух, особый язык («жало мудрыя змеи» в противопоставлении обыденному языку, «празднословному и лукавому»), горящее, как огонь, сердце. В заключительной строфе стихотворения снова слышится мотив высокого общественного служения, к которому призван поэт («Глаголом жги сердца людей»). 4. Однако поэтический дар предполагает определенную свободу от мнений и запросов «толпы», «черни». Божественная сущность поэзии недоступна «непосвященным», и поэт не может служить лишь сиюминутным интересам («Служенье Муз не терпит суеты, Прекрасное должно быть величаво» - 19 октября», 1825). Идею творческой независимости поэта Пушкин развивает в стихотворениях «Поэт», «Поэту», «Поэт и толпа». 5. Идеи общественного назначения поэзии и ее божественной сущности объединяются в стихотворении «Я памятник себе воздвиг нерукотворный…». Пушкин ставит поэзию выше государственной власти («Вознесся выше он главою непокорной Александрийского столпа») и ставит себе в заслугу то, что «чувства добрые … лирой пробуждал», «что в «жестокий век восславил … свободу и милость к падшим призывал». Но заканчивается стихотворение все-таки идеей боговдохновенно- сти поэта и независимости его от людских мнений («Веленью Божию, о муза, будь послушна»). III. Заключение Пушкин одним из первых русских поэтов уделял столько внимания художественному творчеству, его сущности и назначению. Он заложил богатую традицию, которую наследовала русская поэзия XIX-XX веков
Этими словами Тыбурций как бы говорит: "Во всем промысел Божий". Таким образом, встреча детей подземелья с главным героем повести была предопределена свыше для того, чтобы что-то изменить если и не в жизни детей, то в их душах. Уже не вспомню имен детей (давно читала) , но мальчик - главный герой научился видететь и сопереживать лишениям и несчастьям других, научился людям. Даже его сестре, которая не общалась непосредственно с детьми подземелья, эта встреча принесла моральный урок: она, не задумываясь, отдала свою лучшую куклу незнакомой нищей девочке. Что принесла эта встреча Вальку и его сестре? Они узнали, что, кроме горя и лишений, в мире живет доброта и сочувствие.
Предвижу все: вас оскорбит Печальной тайны объясненье. Какое горькое презренье Ваш гордый взгляд изобразит! Чего хочу? с какою целью Открою душу вам свою? Какому злобному веселью, Быть может, повод подаю!
Случайно вас когда-то встретя, В вас искру нежности заметя, Я ей поверить не посмел: Привычке милой не дал ходу; Свою постылую свободу Я потерять не захотел. Еще одно нас разлучило.. . Несчастной жертвой Ленский пал.. . Ото всего, что сердцу мило, Тогда я сердце оторвал; Чужой для всех, ничем не связан, Я думал: вольность и покой Замена счастью. Боже мой! Как я ошибся, как наказан.
Нет, поминутно видеть вас, Повсюду следовать за вами, Улыбку уст, движенье глаз Ловить влюбленными глазами, Внимать вам долго, понимать Душой все ваше совершенство, Пред вами в муках замирать, Бледнеть и гаснуть.. .вот блаженство!
И я лишен того: для вас Тащусь повсюду наудачу; Мне дорог день, мне дорог час: А я в напрасной скуке трачу Судьбой отсчитанные дни. И так уж тягостны они. Я знаю: век уж мой измерен; Но чтоб продлилась жизнь моя, Я утром должен быть уверен, Что с вами днем увижусь я.. .
Боюсь: в мольбе моей смиренной Увидит ваш суровый взор Затеи хитрости презренной — И слышу гневный ваш укор. Когда б вы знали, как ужасно Томиться жаждою любви, Пылать — и разумом всечасно Смирять волнение в крови; Желать обнять у вас колени И, зарыдав, у ваших ног Излить мольбы, признанья, пени, Все, все, что выразить бы мог, А между тем притворным хладом Вооружать и речь и взор, Вести спокойный разговор, Глядеть на вас веселым взглядом!. .
Но так и быть: я сам себе Противиться не в силах боле; Все решено: я в вашей воле И предаюсь моей судьбе.