Объяснение:
Веселый и жизнерадостный смех все чаще и чаще уступает дорогу серьезным, драматическим интонациям. В мире пошлости и казенщины. появляются проблески живой души посмотревшей вокруг и ужаснувшейся своего одиночества. Все чаще и чаще чуткое ухо и зоркий глаз Чехова ловят в окружающей жизни робкие признаки пробуждения. Прежде всего появляется цикл рассказов о внезапном прозрении человека под влиянием резкого жизненного толчка - смерти близких, горя, несчастья, неожиданного драматического испытания.
Краткость, своеобразная поэтика, афористическое выражение мысли, непосредственность чувств, легкость запоминания, проникновенный разговор о природе — вот что характеризует хокку.
Будем помнить предупреждения литературоведов, переводчиков и исследователей этого жанра: «Все растолковать до конца — значит не только погрешить против японской поэзии, но и лишить читателя большой радости самому вырастить цветы из горсти семян, щедро рассыпанных японскими поэтами» (В. Маркова).
В качестве примера в учебнике-хрестоматии предлагается познакомиться с двумя авторами хокку — Мацуо Басё и Кобаяси Исса. Наряду с ними учащиеся могут прочитать произведения других японских поэтов, но сначала не времени на то, чтобы внимательно вчитаться в каждое из включенных в учебник хокку, познакомиться с рассказом об их авторе, а затем пересказывать прочитанное, подумать над смыслом трехстиший
Прежде чем перейти к соображениям по поводу этой трагической справки, обозначим место тех двух великолепных описаний, которые мы с той или иной степенью подробности рассмотрим на уроке.
Первое вводит в мир крестьянского быта и жизни. Пусть это только описание красивой природы, но оно же и описание, на которое автор - досужий охотник - невольно смотрит глазами трудового крестьянина. «Подобной погоды,- завершает он это описание,- желает земледелец для уборки хлеба…». Последнее завершает рассказ на радостной, мажорной ноте. Сколько исследователей считали, что слова «утро зачиналось!» символизирует надежду автора на будущее родины! Но прямая, открытая символика не характерна для почерка Тургенева-писателя. Не эта фраза, а общее настроение всего описания (как и изображение крестьянских мальчиков) свидетельствует о вере писателя в это будущее. Тургенев любил родную природу, он и в ней видел залог великого будущего своей родины. Но еще более серьезным основанием для надежд была вера в простого русского человека, в мужика, на плечах которого все держалось. Крестьянские все были будущим страны, ее надеждой, ее опорой, залогом всех свершений, на которые мог надеяться всякий думающий о судьбах родины человек.