В узком, кривом переулке, в ряду других жалких домишек, стоял узенький, высокий дом, наполовину каменный, наполовину деревянный, готовый расползтись со всех концов. Жили в нем бедные люди; особенно бедная, убогая обстановка была в каморке, ютившейся под самою крышей. За окном каморки висела старая клетка, в которой не было даже настоящего стаканчика с водой: его заменяло бутылочное горлышко, заткнутое пробкой и опрокинутое вниз закупоренным концом. У открытого окна стояла старая девушка и угощала коноплянку свежим мокричником, а птичка весело перепрыгивала с жердочки на жердочку и заливалась песенкой.
На мой взгляд, уже давая героям имена, автор заложил в них смысл слов «костыль» и «двужильный» . Первое обозначает устройство, служащее опорой при ходьбе, а второе - выносливый, сильный. Следовательно, Косты-лин не может в ЖИЗНИ без опоры («костыля») , а Жилин – физически сильный, стойкий много вынести и выдержать. Жилин и Костылин – офицеры русской армии времён войны на Кавказе. Они попали в плен из-за Костылина, который предложил отделиться от обоза и поехать самим. Костылин и Жилин попали а плен. Два «брата по несчастью» , они и в плену вели себя по-разному. Жилин показал себя смелым и решительным человеком, который нико-гда по доброй воле не попал бы в плен. «Не дамся же живой…» , «С ними что робеть, то хуже». Костылин проявил себя как трусливый человек. Жилин был исполнен твёрдости в осуществлении побега, действовал решительно и предусмотрительно: «Жилин уж наперёд прикормил собаку» , «Стал Жилин немного понимать по-ихнему» . А Костылин этих качеств не проявлял, он без-действовал, и создаётся такое впечатление, что его парализовал страх смерти. Жилин мужественнее, выносливее, сильнее Костылина не только физи-чески, но и нравственно: «Тяжело Жилину, ноги тоже в крови и уморился. Нагнётся, поправит, подкинет, чтобы повыше сидел на нём Костылин, тащит его по дороге» . Из Костылина верный друг не получится, так как в нём нет ни преданности, ни верности, а чтобы быть настоящим другом и товарищем эти качества необходимы. Костылин бросил своего сослуживца в беде, а Жилин - нет: «Не годиться товарища бросать» У татар тоже было разное мнение о пленниках: Костылина они звали «смирным» , а Жилина - «джигитом» . Это показывало то, что они его уважали. Жилин выбрался из ямы и смог убежать из плена только благодаря по-мощи татарской девочки Дины, которая видела в нём настоящего доброго че-ловека, а не врага. На мой взгляд, главная идея рассказа – научить людей не сдаваться да-же в трудных обстоятельствах и ситуациях, упорно добиваться цели, быть до-брыми, смелыми, храбрыми и преданными. В этом рассказе слабодушие и пассивность Костылина противопоставлены активности, стойкости и чело-вечности Жилина. Мужество и выдержка ему бежать к своим, пре-одолевая все препятствия и преграды. Мне кажется, Л. Н. Толстой назвал рас-сказ «Кавказский пленник» потому, что только Жилин может быть примером для подражания...
Ух, башня проклятая! Сто ступеней!
Соратник огню и железу,
По выступам ста треугольных камней
Под самое небо я лезу.
Винтом извивается башенный ход,
Отверстье, пробитое в камне.
Сорвись-ка! Никто и костей не найдет.
Вгрызается в сердце тоска мне.
А следом за мною, в холодном поту,
Как я, распростершие руки,
Какие-то люди ползут в высоту,
Таща самопалы и луки.
О черные стены бряцает кинжал,
На шлемах сияние брезжит.
Доносится снизу, заполнив провал,
Кольчуг несмолкаемый скрежет.
А там, в подземелье соборных руин,
Где царская скрыта гробница,
Леван-полководец, Леван-властелин
Из каменной ниши стучится:
«Вперед, кахетинцы, питомцы орлов!
Да здравствует родина наша!
Вовеки не сгинет отеческий кров
Под черной пятой кизилбаша!»
И мы на последнюю всходим ступень,
И солнце ударило в очи,
И в сердце ворвался стремительный день
Всей силой своих полномочий.
В парче винограда, в живом янтаре,
Где дуб переплелся с гранатом,
Кахетия пела, гордясь в октябре
Своим урожаем богатым.
Как пламя, в марани струилось вино,
Веселье лилось из давилен,
И был кизилбаш, позабытый давно,
Пред этой страною бессилен.
И реял над нею свободный орлан,
Вздувающий перья на шлеме,
И так же, как некогда витязь Леван,
Стерег опустевшую Греми