Так с этой "многим незнакомой" отрадой он описывает деревню: гумно, окно с резными ставнями, пляску пьяных мужичков, следы довольства и благополучия. Так может чувствовать только человек, выросший в деревне. Многим столичным знакомым Лермонтова это чувство неведомо
О мире детства писали многие поэты и писатели А. Погорельский "Черная курица, или Подземные жители", Л.Н. Толстой "Кавказский пленник", "Детство", Ф.М. Достоевский "Мальчик у Христа на елке", О. Генри "Вождь краснокожих", Дж. Лондон "Сказание о Кише", В.Ю. Драгунский "Девочка на шаре", В.Г. Короленко "Дети подземелья", М.Твен "Приключения Тома Сойера", Л. Кэроил "Алиса в стране чудес", А.М. Горький "Детство". В этих книгах дети разные, мне особенно запомнился рассудительный Киш Дж. Лондона, влюбленный в девочку на шаре герой В. Драгунского, добрая, милосердная девочка Дина русскому офицеру, попавшему в плен, рыжий мальчишка-забияка, вождь краснокожих. Русские художники тоже показывали жизнь и судьбу детей: В.Г. Перов "Тройка", "Проводы покойника", В.А. Серов "Девочка с персиками", В.А. Тропинин "Голова мальчика", П.Пикассо "Девочка на шаре", В. Серов "Мика Морозов", В. Васнецов "Аленушка", К.Е. Маковский "Дети, бегущие от грозы", "Свидание", И.В. Шевандронова "В сельской библиотеки", З.Е Серебрякова "За завтраком". В своей работе мы хотим рассказать о грустном и тревожном мире детства, который создали поэт Н.А. Некрасов в стихотворении "Крестьянские дети" и художник В.Г. Перов в картине "Тройка". Когда мы впервые прочитали стихотворение "Крестьянские дети", то было печально его читать. Но оно привлекло внимание, особенно интересно было узнать, что известный отрывок "Однажды в студеную зимнюю пору" является частью большого стихотворения. Такое же впечатление печали возникло, когда впервые увидели картину "Тройка" В. Перова.
Конфликт начинается в момент, когда дед еще не пил спиртного. Он пришел с внуком домой, и можно предположить с высокой степенью достоверности, что никогда бы не позволил себе «употреблять» в присутствии мальчика. По телевизору идет фильм, его смотрят приехавшие родственники и еще один гость, член семьи, муж тети мальчика, посетивший дом, очевидно, впервые. Из последовавших реплик уже пьяного деда можно понять, что он был обижен тем, что к столу его не пригласили. В трезвом виде он вида не подал, но от замечания по поводу манеры актера, снимавшегося в фильме, держать топор не удержался. В этом весь Шукшин. «Критики», краткое содержание этого рассказа и его название в совокупности наводят на мысль о том, что автор имел в виду не только деда и внука. За второстепенными на вид персонажами также очень интересно наблюдать. Они тоже критики. Самый яркий, помимо деда и внука, герой повествования – тот самый муж сестры матери мальчика. Он ведет себя непринужденно, считая, видимо, свое положение наиболее высоким среди всех присутствующих, не говоря уже о престарелом хозяине дома и малолетнем мальчишке. Мужчина все время улыбается, а за интонациями (в этом проявилось настоящее мастерство автора) проглядывается снисходительность. Добрый человек не стал бы провоцировать пожилого плотника, втягивая его в заведомо конфликтную ситуацию. Он переспрашивает старика о причине недовольства, хотя тот достаточно четко обозначил ее словами «Так не бывает». Он заранее торжествует победу собственного интеллекта. Возможно, таких по-столичному вежливых негодяев видел в редакциях и чиновничьих кабинетах сам Василий Шукшин. Критики, главные герои идеологического фронта, готовые стереть в порошок неугодного автора, пишущего «типичное не то», персонифицировались в этом персонаже. Интересным представляется и поведение сына самого старшего по возрасту персонажа рассказа, а также сестры его жены, очевидно бывшей. Может быть, и в честь них назвал свой рассказ Шукшин «Критики»? Краткое содержание разговора, произошедшего перед телевизором до и после меткого броска сапога, говорят в пользу такой версии. Сначала отец, пытаясь угодить «дорогому гостю», одновременно старается избежать конфликта, но неудачно. Дед понимает реплики своего сына как сомнения в собственной компетенции в плотницком деле. Ему кажется, что его называют дураком, хотя слова этого никто не произносит. Именно это оскорбление и заставляет пожилого человека покинуть дом и отправиться в ближайшую распивочную. После перехода конфликта в «горячую» стадию отец многократно повторяет совершенно неуместное слово «удосужил», что выдает его растерянность, не мешающую, однако, бодро связывать старику руки. Есть еще один персонаж, которым богат рассказ «Критики». Шукшина явно волнует безразличие гостьи, а именно сестры матери мальчика, бывшей супруги его отца. Она, по всей видимости, после своего удачного замужества (по снисходительным интонациям ее избранника можно предположить, что он какой-то начальник, и угадывается по упоминанию «пишущих на студии», что на телевидении) ощутила повышение собственного социального статуса. Тетка снисходительно объясняет старику свое видение роли искусства и его условностей, совершенно не заботясь о том, понимает ли он ее. Ей не важно, правильно ли держит топор актер, а для деда это имеет больше значение. Но и мнение пожилого плотника для нее безразлично. Время описанных событий можно установить с точностью до календарного года, об этом позаботился Василий Шукшин. Анализ рассказа «Критики» прямо указывает на дату. Дед, согласно протоколу, родился в 1890-м, ему 73. Итак, дело происходит в 1963 году. Вообще, о старшем «критике» можно узнать немало, несмотря на краткость произведения. Понятно, что вся его трудовая карьера в колхозе, этим объясняется скудность пенсии.
