Если не властвуешь над собой, не берись властвовать над другими.
Раб всегда становится тираном, когда дорывается до власти.
Существует шестое чувство — чувство свободы, во сто крат благороднее и возвышеннее остальных. Передвигаться, говорить, дышать, ходить, не отдавая никому отчета в своих действиях, не подвергаясь опасности!
Когда вам становится очень туго, и все оборачивается против вас, и, кажется нет сил терпеть ни одной минуты больше, ни за что не отступайте, именно в такие моменты наступает перелом в борьбе.
Надругательство над человеческими чувствами, привязанностями — вот что, по-моему, самое страшное в рабстве.
Глубину чувства не скроешь, она так или иначе даст о себе знать. Но те, кто глубоко чувствовать, — самые несчастные люди.
Люди отнюдь не стремятся к непогрешимой истине, им куда проще подгонять свои мысли и поступки под общий ранжир.
Самые горькие слезы над гробом мы проливаем из-за слов, которые так и не были сказаны, и поступков, которые так и не были совершены.
Капля за каплей, капля за каплей, — с одуряющей монотонностью... Тягчайшая пытка инквизиции в этом и заключалась. И работа, сама по себе нетрудная, превращается в пытку, если она длится час за часом, с гнетущим однообразием, нарушить которое человек не волен.
Религия! Разве в церкви нас учат религии? Разве то, что можно вертеть и так и сяк, поднимать ввысь, швырять наземь, совать во все грязные закоулки нашего чёрствого, погруженного в мирскую суету обществ, — это религия? Разве во мне — человеке мирском — меньше чувства справедливости и чести, меньше внимания к людям, меньше великодушия, чем в вашей религии? Нет! Если уж искать её, так не у себя под ногами, а там — выше.
Объяснение:
Сколько экранизированной классики Вы видели за последние 5 лет? Не одной? Именно поэтому многие кинокритики и обозреватели считают русский кинематограф весьма шатким. В эпоху мультимедиа общество забыло, насколько оно далеко отошло культуры и искусства. И в век компьютерной техники нам нужно помнить, обладателям великого русского языка, о том, что наше истинное богатство и наследие – это произведения наших русских классиков.
Совсем недавно в кинопрокат вышел фильм режиссера Владимира Бортко «Тарас Бульба», снятый по одноименной повести Николая Васильевича Гоголя. Такое событие можно оценить только с положительной стороны – ко 200-летию со дня рождения писателя это лучшая дань его творчеству. К тому же очень давно мир русского кино нуждался в настоящем, не «штампованном» кино. Изобилие безвкусных, бессмысленных историй на экранах, полных пошлого и наигранного, нужно прекращать именно так – нужно снимать классику. Выход фильма вызвал большой ажиотаж, всеобщий интерес. Сама задача снять фильм по произведению Гоголя – не из простых. И насколько получилось у Бортко передать атмосферу «Тараса Бульбы» со страниц книги на экран захотелось узнать многим.
Мое общее впечатление о фильме – лучше книга однозначно. Конечно такие аспекты как игра Богдана Ступко (Тарас Бульба), хорошая атрибутика и костюмы, огромная, ошеломляющая массовка, ощущение периода казачества выделяют фильм. Но есть всегда но…Но нет того ощущения, что испытываешь по прочтению книги, нет целостности, общности. Общий вид портят к тому же большие недоработки: непрофессиональность массовки, которая играет в фильме казаков – в сценах битвы попросту кажется, что идет не борьба, а тренировка на муштре, в плане техническом – монтаж назвать хорошим нельзя, а множество «ляпов» делают в каких-то моментах фильм несуразным.И как всем хорошо известно, одно из самых важных пунктов – музыка. Музыка должна прилагаться к сценам, она должна жить с фильмом. Такого же ощущения не было.
«Тарас Бульба» - трагедия человека, отца, казака. Эта история задевает, цепляет, и даже ранит, невозможно остаться равнодушным, читая ее. И каждый по-своему воспринимает «Тараса Бульбу», мое же ощущение повести – это горечь. До просмотра фильма я очень надеялась, что фильм заденет меня так же, как и книга. Но, увы…
Узнать настоящий Мир Гоголя можно узнать только одним прочитать его книги. Только столкнувшись с текстом один на один, Вы узнаете, какова душа писателя, каков его Мир.
И можно сделать только один вывод. Человек, которому невозможно подражать, человек, взволновавший миллионы сердец – Велик.
