Лидия Милайловна была очень чуткой и понимающей женщиной, отзывчивой альтруисткой -- человеком, который готов был жертвовать всем ради другого человека. Была даже строгой и серьезно относилась к своей работе. Настойчивой, ведь она продолжала дарить своему ученику (я уже не помню его имя, давно читала) пищу даже тогда, когда он это не принимал. Также, в ней была хитрость - она с азартной игры добилась своего, пусть ее и исключили из школы. Но нельзя не сказать, что она чтила и уважала закон; она сразу начала ругать мальчика, что он играл на деньги, не зная реальной ситуации.
Мне эта сцена кажется унизительной. Бить ребенка по лицо мокрой скатертью только за то, что он разлил квас, непростительно. Лично я наказала бы за этот поступок Наталью. Что касается Николеньки, то вполне понятно его негодование и обида. Во-первых, он знатный дворянин, хоть и еще ребенок, а Наталья - крепостная, по какому праву она его била? Именно это и довело нашего героя до ярости и слез. А то, что признал свою вину да еще и простил Наталью, делает ему честь: мальчик действительно дворянин, воспитан в лучших манерах, умеет прощать и признавать, что был не прав, чувствовать свою вину, раскаиваться в содеянном, видеть и признавать свои ошибки. Что касается Натальи, то, имея доброе сердце и искренне любя Николеньку, она, едва увидев его слезы, сразу же кинулась просить прощения и даже принесла ему маленький подарок. Мои симпатии остаются на стороне Николеньки.
Характер персонажа привлекает тем, что женщина самостоятельно отказалась от вольной. Именно поэтому о характере Натальи Савишны можно сказать как о нестандартном, интересном. Этот поступок женщины говорит о том, что она считала свой труд неотъемлемой частью жизни. Семья, в которой она служила, для нее стала родной. Женщин считала себя частью семьи и старалась одарять каждого его члена теплотой и лаской. Тем не менее, психологию героини в некотором роде можно назвать рабской. Женщина могла бы взять вольную. Я считаю, что понять женщину можно, ведь страхи неизвестности могут беспокоить каждого из нас.