Розовый дождевой червяк высунулся на свет возле самого муравейника. муравьи вцепились в него и начали вытаскивать из земли. червяк, видно, почуял недоброе. он упёрся. а потом и совсем испугался, заворочался, начал пятиться обратно в землю. но муравьи не давали ему уйти… аниска сидела над ними неподвижно. муравьи бегали по её босым ногам, но не кусались – никогда муравей не тронет человека, если его не пугать. изредка она поднимала ресницы, оглядывалась на густые берёзки, осыпанные острыми солнечными огоньками, на мохнатые сосенки, на коричневые иглы муравейника, тёплые и блестящие под солнцем, на цветущие лесные травы… и, улыбнувшись неизвестно чему, снова устремляла свои тёмно-серые, немножко косые глаза на червяка и муравьёв. низко, почти над головой, пролетела любопытная синичка. села на куст и поглядела на аниску сначала одним глазом, потом другим: «что это? человек сидит? или так, растёт что-» аниска улыбнулась: – что смотришь? «человек! » – в страхе чивикнула синичка и скрылась. аниска снова опустила глаза: – вытащили! муравьи волокли червяка к себе в муравейник. червяк скорчился, уцепился за траву. тогда чёрные хищники навалились на него и розняли на две половинки. аниска, удивлённая такой свирепостью, смотрела, как они запихивали червяка в отверстия муравейника. – аниска, ау! – аниска, ты где? ты что делаешь? ! аниска встала. девочки пробирались к ней сквозь кусты. – чего нашла? чего нашла? – звонко и торопливо, как птица, повторяла танюшка. – что смотришь? она заглянула своими быстрыми чёрными глазами в анискину корзинку. в корзинке топорщились сухие еловые шишки – аниска набрала разжигать самовар. – ничего? а почему здесь сидишь? аниска помедлила – рассказать или не надо? – тут одна была… танюшка тотчас пристала: – какая ? какая? что сделалось? катя молча глядела на аниску спокойными глазами. солнце просвечивало сквозь её белёсые волосы, торчавшие над голубой ленточкой, и голова её была похожа на пушистый одуванчик. – вот я видела… отсюда червяк вылез… – ой! вот так , – закричала танюшка, – про червяка! – червяк вылез. а потом? – спросила катя. – а потом муравьи напали, разорвали его и утащили. – и аниска и сама не могла понять, почему ей так интересно было смотреть, а рассказ вышел совсем неинтересный. – а ну-ка я сама погляжу! танюшка схватила рыжую сухую ветку и быстро разворошила край муравейника. муравьи закипели-забегали, потащили куда-то свои белые коконы… аниска оттолкнула танюшку, вырвала у неё ветку и забросила в чащу. – ты что? драться, да? ! – у танюшки в голосе послышались слёзы. – уж скорей драться, да? – а ты не мучай. – а кого я мучаю? кого? кого я мучаю? – муравьёв. они строили, а ты ломаешь. – ну и сиди со своими муравьями. кать, пойдём! пусть одна косуля, косуля! катя невозмутимо запела тоненьким голоском и пошла по лесу. она не любила, когда плачут и когда ссорятся. аниска хмуро посмотрела им вслед. на смуглых скулах выступил румянец. всегда так. когда сказать нечего, так сейчас – «косуля». а это слово аниске было больней всего на свете. какое высказывание соответствует теме прочитанного текста? а) о том, как девочки гуляли по лесу б) о ссоре девочек в) о том, что аниска была неравнодушна к природе г) о том, как муравьи разорвали червяка
