Роман, посвященный тяжелому периоду Великой Отечественной войны, описывает солдат с разными характерами и судьбами, но честно и мужественно выполняющих свой долг.
Трое друзей, служащих в одном полку отступают вместе с остатками своей разбитой части в 1941-42 годах. Важную роль в произведение играет тот факт, что солдаты сохранили знамя своего полка. По древней воинской традиции, потеря знамени – символа, олицетворяющего воинскую часть, нее только покрывает позором служащих в ней солдат и офицеров, но и ведет к расформированию этой воинской единицы. Однако при этом, главные герои романа показаны не бесплотными персонажами, сошедшими с пла\пропагандистского плаката, а живыми людьми. Шолохов вводит в повествование их бытовые разговоры, воспоминания о мирной жизни, делая их живыми. К таковым относится, например, история, рассказанная однополчанам Иваном Звягинцевым, бывшим трактористом, жена которого, работающая прицепщицей на тракторе, начиталась любовных романов. В результате этого забросила домашнее хозяйство и стала донимать мужа требованиями вести себя, как герои прочитанных им книг, что, естественно, не могло тому нравится.
Автор и далее изображает забавные сцены, происходящие с героями его романа. Старшина, пытаясь найти еду для солдат, обойдясь без конфискации у местных жителей, пытается соблазнить зажиточную вдову-колхозницу. Дело заканчивается неудачей и синяком под глазом младшего командира. Однако утром выясняется, что крестьянки сами, по своей воле, решили накормить солдат, узнав, что полк, хотя и отступает, но ведет при этом упорные бои.
Шолохов затрагивает трудную тему причины поражений Красной армии от гитлеровских войск в первый период войны. Он честно показывает негативное отношение населения к отступающим солдатам, отдающим его под власть немцев. Однако писатель старается подвести читателей к мысли, что виновные не наши военные, а обстоятельства. Разумеется, Шолохов не мог говорить ничего о просчетах командования, поэтому предпочел не касаться этой темы в принципе. Один из главных героев – Лопахин – человек не склонный унывать, говорит о том, что наши войска еще не накопили достаточно опыта и злости, чтобы достойно противостоять нацистам.
11 апреля 2016 г., 16:17
Лидия Чарская - Записки маленькой гимназистки Записки маленькой гимназистки
Лидия Чарская
2 / 4.2
Идея почитать Чарскую пришла из-за Маруси Климовой, которая в "Моей антиистории русской литературы" пишет, что вот никто не любит Лидочку, а она её любит. Почитала. Кажется, Климова любит её только за то, что её больше никто не любит, а вовсе не за произведения.
"Записки маленькой гимназистки" — это сплошная сублимация, причём не та сублимация, которую обсуждают во флудилке ДП. Вот как сейчас пишут фанфики, в которой главная героиня вся такая умная, красивая и весёлая, побеждает всех одним чихом, влюбляет в себя прекрасного принца и даже его коня, так и тут, но немножко с другим акцентом. Главная героиня бедненькая и несчастненькая её скорее, уж и холодно ей, и голодно, и несправедливо, и родителей нет, и родственники обижают, и в школе обижают, и никто-то её не любит, маленького котёночка. А когда этот мощный поток грустных сопелек не может уже больше расширяться, потому что и так всё слишком несправдоподобно и противненько, как тут ОП ПЫЩ ОЛОЛО все внезапно её любят, у неё самые лучшие друзяшки, кругом мимими, где-то вдалеке поёт пони, а радуга бьёт из любой неприкрытой ветошью дыры в сюжете. То есть, для беллестристики это не совсем уж и погано, хотя корявенький язык (Маруся, ну неужели и это косноязычие тебе нравится?) и общая гипердраматичность и пошлость сюжета весьма велики. Но и хорошего ничего в этой книжке нет, так что даже удивительно, что она осталась в литературной памяти. Наверное, осталась именно из-за травли её в советское время. Точнее, не столько даже травли самой книжки, сколько этого слащавенько-самодовольного образа мысли, прикрытого кружевным платочком и с вечным "меня все обижают". Мне кажется неразумным что-либо травить, особенно в литературе, но эту вульгарность я тоже не одобряю.
Если читать - то только из интереса, чем же зачитывались деффачки, когда не было плохого янг эдалта.