возникает идеализированный образ страны, которая была когда-то, но которой больше никогда не будет. Всю свою огромную любовь к родине отражает Бунин в этом произведении. В начале рассказа изображается удивительно поэтичная картина русской природы: «Кругом нас были поля, глушь серединной, исконной России. Было предвечернее время июньского дня. Старая большая дорога, заросшая кудрявой муравой, изрезанная заглохшими колеями, следами давней жизни наших отцов и дедов, уходила перед нами в бесконечную русскую даль… Казалось, что нет да и никогда и не было ни времени, ни деления его на века, на годы в этой забытой – или благословенной – Богом стране» . Читатель находит в этом описании все атрибуты дореволюционной России: дорога – один из излюбленных символов страны, напоминание о предках, о связи поколений, потеря представлений о времени. И дальше идет описание косцов, поющих песню, в которой было «несознаваемое, но кровное родство» с родной землей. Красивые, сильные, здоровые, беззаботные крестьяне работают охотно и дружно, радуясь своей работе и песней выражая эту радость. Песня вызывает восхищение у тех, кто ее слушает: «Прелесть была в том, что все мы были дети своей родины и были все вместе и всем нам было хорошо, спокойно и любовно… И еще в том была (уже совсем не сознаваемая нами тогда) прелесть, что эта родина, этот наш общий дом была – Россия, и что только ее душа могла петь так, как пели косцы в этом откликающемся на каждый их вздох березовом лесу» . Эта прекрасная лирическая зарисовка могла бы вызвать у читателей только самые хорошие чувства, если бы не фраза, предваряющая повествование: «Это было давно, это было бесконечно давно, потому что та жизнь, которой все мы жили в то время, не вернется уже вовеки».
«Ревизор» в свое время стала одним из наиболее новаторских произведений драматургического искусства. Множество приемов, использованных автором, ранее никогда не применялись драматургами и не были воплощены на театральной сцене. К таким новаторским приемам относится и вышеупомянутая «немая сцена», которой заканчивается финальная часть комедии «Ревизор». Чего же хотел добиться автор, завершая произведение немой сценой? Какого эффекта ожидал?
Считается, что немая сцена, завершающая комедию «Ревизор», была введена в произведение писателем под впечатлением от известной картины русского художника Карла Брюллова «Последний день Помпеи». Именно эта картина поражает человека, рассматривающего ее, силой и выразительностью застывшей эмоции. Изображение неподвижно, статично, но в то же время лица людей, изображенных на картине, их фигуры, позы, которые они принимают, свидетельствуют об их внутреннем состоянии лучше всяких слов. Красноречивость статичных сцен, их выразительность — именно эти свойства были тонко подмечены Н. В. Гоголем и позже с успехом использовались писателем. Ведь «Ревизор» — далеко не единственное произведение писателя, в котором есть «немая сцена» (в другом чрезвычайно популярном произведении — повести «Вий» — автор также применяет этот прием). Если рассмотреть художественные приемы, используемые Н. В. Гоголем, более подробно, можно заметить определенную закономерность: прием «омертвения», своеобразного «окаменения» закладывается в основу изображения многих характерных гоголевских персонажей (например, тех же помещиков в «Мертвых душах»). В «Ревизоре» же немая сцена — это кульминационный момент, и он должен быть наиболее красноречивым. Замирание в выразительной позе (при этом позы всех персонажей отличаются, что подчеркивает их индивидуальные личностные качества) — это настоящая пантомима. Городничий, члены его семьи, почтмейстер, Земляника, Лука Лукич — все они становятся на какое-то время мимами, актерами в «театре мимики и жеста». И слова здесь не нужны, может быть даже излишни. Поза, выражение лица могут выразить несравнимо больший всплеск эмоций, чем слова.
Тем более что немая сцена в «Ревизоре» является еще и массовой — все стоят, как громом пораженные, а это обстоятельство лишний раз подчеркивает, насколько шокирующим и ошеломляющим стало для всех персонажей известие о том, что «…приехавший по именному повелению из Петербурга чиновник требует вас сей же час к себе».
Гоголь стал первым русским драматургом, использовавшим прием паузы, который после него успешно применяли многие режиссеры, сценаристы и писатели. Сегодня прием паузы — это один из наиболее часто используемых драматических приемов.
В произведении Соложеницына "Матренин двор" Матрёна обладает бесконечным смирением, не требующим от неё никакого напряжения воли. Она не предаётся греху гордыни, умеет быть благодарной за каждый прожитый миг. Матрёна может довольствоваться малым — тем, что имеет: ей не свойственны чувства зависти, злости, обиды, стяжательства. Праведничество Матрёны основано на её безразличии к материальным ценностям. Матрёна (лат. ) — мать. Героиня несёт в себе начало. Пережить то, что пережила Матрёна, и остаться человеком бескорыстным, открытым, деликатным, отзывчивым, чутким, не озлобиться на судьбу и на людей, сохранить до старости “лучезарную улыбку” — какие же душевные силы нужны для этого! Соложеницын сам называет Матрену ПРАВЕДНИЦЕЙ.. . Матрёнин двор. Двор Матрёны. Это христианский островок материка. С гибелью героини рушится мир духовных ценностей. И это тревожно. Гибель Матрёниного двора — грозное предупреждение Солженицына о катастрофе, которая может случиться с обществом, утратившим нравственные ориентиры
