на дне моей жизни, на самом донышке захочется мне посидеть на солнышке, на теплом пенушке. и чтобы листва красовалась палая в наклонных лучах недалекого вечера. и пусть оно так, что морока немалая - твой век целиком, да об этом уж нечего. я думу свою без помехи подслушаю, черту подведу стариковскою палочкой: нет, все-таки нет, ничего, что по случаю я здесь побывал и отметился галочкой. самые высокие рассуждения, самые возвышенные картины в стихах твардовского отмечены скромностью, даже какой-то застенчивостью. неизбежный, казалось бы, пафос, поэтическая торжественность – производные от жанра философской лирики незаметно устраняются легкой шутливостью, мудрой усмешкой человека, не боящегося самоиронии. так, кажущаяся сентиментальность строк, на сыщенных словами с уменьшительно-ласкательными суффиксами: на дне моей жизни, на самом донышке. захочется мне посидеть на солнышке, на теплом пенушке, - устраняется официально – деловитыми, почти протокольными фразеологизмами «подвести черту», «отметиться галочкой». такой стилистический диссонанс придает легкую ироничность всему высказыванию,маскирует прорвавшуюся грусть и одновременно оттянет фольклорную основу начальных строк
повесть по своему содержанию рассчитана на подростков. сложные взаимоотношения одноклассников, первая любовь, которая обернулась для главной героини лены предательством димки, а сам димка оказался трусливым и двуличным человеком. лене придется пройти много моральных испытаний, прежде чем она и ее дедушка решатся уехать из маленького городка навсегда, а одноклассники поймут, что были жестоки и не правы поздно. книга нашего детства, но современные дети обязательно должны читать такие произведения, чтобы уметь оценивать свое отношение и поступки к окружающим их друзьям и близким людям. издание отпечатано на белой бумаге, обложка твердая, лакированная и цветная, иллюстрации черно-белые.
Сергей Смирнов проделал просто колоссальную работу: не только собрал материал для написания этой книги и поведал всему миру о героизме защитников крепости, но и многим из них, кого Родина так или иначе "отблагодарила", реабилитироваться, восстановиться в партии. На страницах книги Сергей Сергеевич не раз восхищается скромностью защитников, которые не считают свое героическое поведение чем-то особенным, выходящим за рамки, а ведь сам ведет себя точно так же - ни разу в его повествовании не мелькнула даже искорка хвастовства.
Если начать расписывать все чувства, что возникли при чтении этой книги, не хватит слов. Назову только два: гордость и благодарность.
Гордость за этих людей, что по сию пору являются для всего мира воплощением стойкости и крепости духа; за то, что родилась в одной из стран, давших миру таких потрясающих людей. Бесконечную благодарность за их борьбу, силу и веру, за то, что не сдавались, за то, что защищали. Вечная слава героям!