Мария, Кириловна ,17-ти летняя молодая,красивая девушка ,стройная и привлекательная:".старый волокита был поражен ее красотой".
Мария росла без матери,богатый отец-помещик нанял гувернантку,для воспитания и образования дочери, мамзель Мими.Мария любящая дочь,очень привязана к отцу,но не делится с ним личными проблемами,держит всё в себе:"Уверенный в ее привязанности, никогда не мог он добиться ее доверенности."
Скромная,не избалованная вниманием,деревенская отшельница:".выросла в уединении".Нет друзей,подруг,не посещает светские собрания и не интересуется столичными новостями,избегает сборищ гостей отца:"
Любит музыку,вышивание,читает книги ,предпочитая романы..Романтичная,утончённая натура,очень впечатлительна,но умеет держать себя в руках,обладая твёрдым,решительным характером:"перевести дух и явиться перед Дефоржем с видом равнодушным и неторопливым".Принимая решения,она тверда в своих убеждения,сказывается влияние отца.Есть и отрицательные черты,для Марии люди не равны,они принадлежат сословиям:"воспитанная в аристократических предрассудках, учитель был для нее род слуги или мастерового".Любит лесть,не разбирается в людях.
Мария верит в любовь,в искренность,Владимир для неё герой и надежда,она умеет доверять людям,но отец ломает ей жизнь,выдав замуж за старого князя:"брак пугал ее как плаха, как могила".
Ей сна нет от французских книг,
А мне от русских больно спится.
Минуй нас пуще всех печалей
И барский гнев, и барская любовь.
Счастливые часов не наблюдают.
Кто беден, тот тебе не пара.
Подписано, так с плеч долой.
Грех не беда, молва нехороша.
Мне всё равно, что за него, что в воду.
Блажен, кто верует, — тепло ему на свете!
И дым Отечества нам сладок и приятен!
Нам каждого признать велят
историком и географом!
Господствует ещё смешенье языков:
Французского с нижегородским?
Велите ж мне в огонь: пойду как на обед.
Что за комиссия, Создатель,
Быть взрослой дочери отцом!
Служить бы рад, прислуживаться тошно.
Свежо предание, а верится с трудом.
Ах! тот скажи любви конец,
Кто на три года вдаль уедет.
Как станешь представлять к крестишку ли,
к местечку,
Ну как не порадеть родному человечку!..
Дистанции огромного размера.
Дома новы, но предрассудки стары
А судьи кто?
Ах, злые языки страшнее пистолетов.
Я странен; а не странен кто ж?
Но чтоб иметь детей, кому ума недоставало?
Чины людьми даются,
А люди могут обмануться.
А смешивать два эти ремесла
Есть тьма искусников, я не из их числа.
Я глупостей не чтец,
А пуще образцовых.
Обманщица смеялась надо мною!
Похвальный лист тебе: ведёшь себя исправно.
Ба! знакомые все лица!
Снаружи зеркальце, и зеркальце внутри
Кричали женщины «Ура!» и в воздух чепчики бросали.
В деревню, к тётке, в глушь, в Саратов
Читай не так, как паномарь, а с чувством, с толком, с расстановкой
Где ж лучше?
Где нас нет.
Числом поболее, ценою подешевле.
Что говорит! И говорит, как пишет!
Уж коли зло пресечь: собрать все книги бы да сжечь.
Сюда я больше не ездок
Карету мне! Карету!
Ах! Боже мой! Что станет говорить княгиня Марья Алексевна!
Собаке дворника, чтоб ласкова была
Державин преобразовывал, иногда до неузнаваемости, одический жанр по самым разным направлениям. Особенно интересны его опыты в одах, соединяющих в себе прямо противоположные начала: похвальное и сатирическое. Именно такой была его рассмотренная выше знаменитая ода «К Фелице» . Соединение в ней «высокого» и «низкого» получилось вполне естественным именно потому, что уже прежде поэтом был найден верный художественный ход. На первый план в произведении выдвигалась не отвлеченно-высокая государственная идея, а живая мысль конкретного человека. Человека, хорошо понимающего реальность, наблюдательного, ироничного, демократичного в своих взглядах, суждениях и оценках. Очень хорошо сказал об этом Г. А. Гуковский: «Но вот появляется похвала императрице, написанная живой речью простого человека, говорящая о простой и подлинной жизни, лирическая без искусственной напряженности, в то же время пересыпанная шутками, сатирическими образами, чертами быта. Это была как будто и похвальная ода и в то же время значительную часть ее занимала как будто сатира на придворных; а в целом это была и не ода и не сатира, а свободная поэтическая речь человека, показывающего жизнь в ее многообразии, с высокими и низкими, лирическими и сатирическими чертами в переплетении - как они переплетаются на самом деле, в действительности» .
Небольшие по объему лирические стихотворения Державина также пронизаны новаторским духом. В посланиях, элегиях, идиллиях и эклогах, в песнях и романсах, в этих более мелких, чем ода, лирических жанрах, поэт чувствует себя еще более освобожденным от строгих классицистических канонов. Впрочем, строгого деления на жанры Державин вообще не придерживался. Его лирическая поэзия - это некое единое целое. Оно держится уже не той жанровой логикой, не теми неукоснительными нормами, которыми предписывалось соблюдать соответствия: высокая тема - высокий жанр - высокая лексика; низкая тема - низкий жанр - низкая
лексика. Еще недавно подобные соответствия были необходимы молодой русской поэзии. Требовались нормативы и образцы, в противодействии которым всегда заключен импульс для дальнейшего развития поэзии. Другими словами, как никогда нужна была исходная точка, от которой большой художник отталкивается, ища свой собственный путь.