Николай Лесков, как и Лев Толстой, был вегетарианцем, причем этот стиль питания повлиял не только на жизнь писателя, но и на его творчество. Пресса порой высмеивала пристрастия Лескова в еде, но тот не обращал на насмешки никакого внимания, потому что был убежден, что употребление животных в пищу совершенно недопустимо.
Лесков активно пропагандировал вегетарианство, публиковал заметки в газетах и разметил в газете "Новое время" призыв к созданию кулинарной книги для вегетарианцев. К этим двум вопросам - отношению к животным и этике пищи писатель обращался во многих своих произведениях. Он первым в России создал в своих произведениях персонажа-вегетарианца.
Многие русские классики восхищались произведениями Лескова и его литературным талантом. Лев Николаевич Толстой называл Лескова "самым русским из наших писателей", имея в виду его понимание народа и "писателем будущего", подразумевая неординарность лесковской "жестокой прозы". Чехов же считал Лескова одним из главных своих учителей.
Литературные критики часто обращали внимание на чрезмерную выразительность речи и нарочитость накладываемых красок, но сам Лесков не собирался кастрировать свой стиль в угоду критикам. Лесков считал речевые характеристики персонажей и индивидуальные особенности языка героев важнейшим элементом литературы.
Ольга Васильевна (первая жена Лескова) сошла с ума и последнюю половину жизни провела в больнице для душевнобольных. Писатель навещал её до самой своей смерти, и однажды ее спросили, помнит ли она человека по имени Лесков. Она ответила: "Вижу... вижу... Он черный..."
Политическая позиция Лескова была неоднозначной. В молодости он через увлечение социализмом, и в его окружение входили литераторы-радикалы, но уже к тридцати годам он выступал как противник революционных преобразований. Оглушительный резонанс имела статья Лескова по поводу пожаров в Петербурге, случившихся в 1862 году. Ходили упорные слухи о поджигателях-революционерах, которые писатель потребовал доказать или опровергнуть. Радикальные либералы сочли его призыв за донос и начали травить писателя. Это оставило неизгладимый след в памяти писателя.
