1. «Все взрослые сначала были детьми, только мало кто из них об этом помнит»
Живая фантазия детей – не побочный продукт игр или сказок, это сильный инструмент, позволяющий видеть прекрасное в обычном и радоваться простым вещам. Взрослея, люди почему-то стремятся отречься от кажущейся несерьезности своих детских черт, хотя внутри каждого продолжает теплиться огонек яркого ребяческого восторга. Никогда не стоит терять детскую видеть то, что в жизни действительно важно.
2. Роза: «Должна же я стерпеть двух-трех гусениц, если хочу познакомиться с бабочками»
Достижение прекрасных целей часто подразумевает путь, сопряженный с трудностями и неприятностями. Однако, если помнить, что игра стоит свеч, в итоге все перипетии оказываются лишь несколько крутыми ступенями на прекрасный пьедестал.
3. «Если любишь цветок — единственный, какого больше нет ни на одной из многих миллионов звезд, этого довольно: смотришь на небо и чувствуешь себя счастливым»
Для того, чтобы наполнить весь мир вокруг себя любовью, достаточно по-настоящему полюбить кого-то.
4. «Вот мой секрет, он предельно прост: зорко одно лишь сердце. Самого главного глазами не увидишь»
Узнать природу человека или явления невозможно даже путем самого обстоятельного изучения внешних черт. Прочувствовать его настоящую сущность дано лишь благодаря едва уловимым колебаниям струн души, которые он затрагивает простым своим присутствием. Стоит прислушиваться к велениям сердца, очень часто ему известно больше, чем разуму.
5. «Молчи. Слова только мешают понимать друг друга»
Вспомните, как многие люди с жадностью ловят оброненные друг другом слова в надежде услышать желаемое… и как часто такие стремления оборачиваются досадными недоразумениями. Наименьший шанс неправильного толкования, как ни парадоксально, несет в себе молчание – проходя сквозь призму восприятия, оно слабей всего подвержено искажению, но в то же время чрезвычайно выразительно.
6. «Себя судить куда трудней, чем других. Если ты сумеешь правильно судить себя, значит, ты поистине мудр»
Перед тем, как поддаться соблазну критиковать окружающих или делать поспешные выводы о них, стоит пристальней взглянуть на собственное поведение.
Да, говорить и слышать я не могу, от рождения глухонемой, но думать, слушать, соображать и чувствовать очень хорошо умею. Эх, и за какие грехи перевели меня в услужение к старой барыне в город из деревни? Видно, потому, что я ото всех наших обликом отличался: двенадцати вершков роста, сложен богатырем, самый лучший тягловой, работаю за четверых, да еще и говорить не умею. Вот, без дела теперь сохну здесь в усадьбе старой и скупой барыни, доживающей свой век в одиночестве, только дворня у нее в окружении, потому что она вдова, а сыновья ее служат в Петербурге, дочери вышли замуж… Привезли меня в Москву, как бесправную скотину, как быка, которого только что взяли с нивы, где сочная трава росла ему по брюхо, — взяли, поставили на вагон железной дороги — и вот, обдавая его тучное тело то дымом с искрами, то волнистым паром, мчат его теперь, мчат со стуком и визгом, а куда мчат — бог весть! Купили мне сапоги, сшили кафтан на лето, на зиму тулуп, дали в руки метлу и лопату и определили дворником. Долго я привыкал, никак не мог понять, зачем я здесь, даже часто останавливался посреди двора и глядел, разинув рот, на всех проходящих, как бы желая добиться от них решения загадочного своего положения, то вдруг уходил куда-нибудь в уголок и, далеко швырнув метлу и лопату, бросался на землю лицом и целые часы лежал на груди неподвижно, как пойманный зверь.
То ли дело раньше: я был на воле как дерево, как дуб, исполинский, молчаливый и могучий. Бывало, выйдешь из своей родной маленькой избушки с братьями в поле, и дело спорится, и пашешь, налегая огромными ладонями на соху. Братья смеялись, потому что им казалось, что я один, без лошаденки, взрезывал упругую грудь земли, либо о Петров день так сокрушительно действовал косой, что хоть бы молодой березовый лесок смахивать с корней долой, либо проворно и безостановочно молотил трехаршинным цепом, и как рычаг опускались и поднимались продолговатые и твердые мышцы моих плеч. А мое постоянное безмолвие придавало торжественную важность работе. Хороший я мужик, а коли язык бы ворочался, глядишь, и жена бы была у меня. А теперь двор мету да стерегу. Смешная работа! Ну что это против работы на земле?! Двор содержать в чистоте, два раза в день привезти бочку с водой, натаскать и наколоть дров для кухни и дома, да чужих не пускать и по ночам караулить. Недавно двух воров поймал, да так лбами их свел, что они, что на глаза мне попались! Все в округе обходят теперь двор стороной с недоброй мыслью. Я порядок люблю! Вон, гуси, какие важные ходят, все порядком у них, а кто сунется к ним – мало не покажется – защиплют до смерти! И я теперь как гусак по двору хожу порядки навожу! Я усердно исполняю свою обязанность: на дворе у меня никогда ни щепок не валяется, ни сору; застрянет ли в грязную пору где-нибудь с бочкой отданная под мое начальство разбитая кляча-водовозка, я только двину плечом — и не только телегу, самое лошадь спихну с места; дрова ли я примусь колоть, топор так и звенит у меня, как стекло, и летят во все стороны осколки и поленья. С дворней я сошелся, но кажусь из-за молчания своего им угрюмым, поэтому мы коротки со всеми, я их за своих считаю. И каморку под кухней мне дали, сделал я там все сам, как захотел, соорудил в ней кровать из дубовых досок на четырех чурбанах, — истинно богатырскую кровать; под кроватью - дюжий сундук; в уголке столик такого же крепкого свойства, а возле столика — стул на трех ножках, да такой прочный и приземистый, что я сам иногда уроню его и дивлюсь прочности его. Каморка моя запирается на замок, ключ всегда ношу с собой. Я не люблю, чтобы ко мне ходили.
1. Ты навсегда в ответе за тех, кого приручил. 2. У каждого человека свои звезды. 3. Все дороги ведут к людям. 4. Если идти все прямо да прямо, далеко не уйдешь. 5. Я боюсь стать таким, как взрослые, которым ничто не интересно, кроме цифр. 6. Слова только мешают понимать друг друга. 7. Вот мой секрет, он очень прост: зорко одно лишь сердце. Самого главного глазами не увидишь. 8. Когда станет очень грустно, хорошо поглядеть, как заходит солнце. 9. Наверно, звезды светятся затем, чтобы рано или поздно каждый мог вновь отыскать свою. 10. Знаешь, отчего хороша пустыня? Где-то в ней скрываются родники.