«Простой и милый мальчишка», «гордый и горячий комиссар», Тимур сплотил дружный коллектив. Женя, Гейка, Нюрка, Коля Колокольчиков, Сима Симаков- прекрасные ребята, стремятся окружить заботой семьи красноармейцев. Игра, которую ведут Тимур и его команда, проникнута высоким чувством любви к Родине. Верный Коля Колокольчиков, и быстрый ловкий Сима Симаков, и гордая Женя, тайно семьям фронтовиков, пожилым или больным людям. Сложны отношения Тимура и ребят со взрослыми, которые не всегда понимают их и не во всем верят. Дядю Тимура — Георгия и сестру Жени — Ольгу смущает-тайна, которой окружена эта игра. «Наши игры были просты и всем понятны»,— говорит Георгин Тимуру. Но мечтатель и фантазер Тимур уверен в своей правою: ведь он хочет, чтобы все было хорошо, чтобы все были спокойны. Перед его глазами «блестят и мерцают» прямые, острые лучи красных звезд, которые зажжены им на домах тех, кто ушел в Красную Армию. Книга эта написана в тревожное предвоенное время, когда вплотную встал вопрос о готовности к военным испытаниям разных поколений общества. В юном поколении Страны Советов Гайдар увидел новые черты и воплотил их в Тимуре Гараеве и его друзьях.
"– Сумасшедшая девчонка! – резко и почти испуганно прокричал тот же голос. – Оставь штурвальное колесо и беги прочь. Сейчас примчатся… люди, и они тебя поколотят.
Женя бросила трубку, но было уже поздно. Вот на свету показалась чья-то голова: это был Гейка, за ним Сима Симаков, Коля Колокольчиков, а вслед лезли еще и еще мальчишки.
– Кто вы такие? – отступая от окна, в страхе спросила Женя. – Уходите!.. Это наш сад. Я вас сюда не звала.
Но плечо к плечу, плотной стеной ребята молча шли на Женю. И, очутившись прижатой к углу, Женя вскрикнула.
В то же мгновение в просвете мелькнула еще одна тень. Все обернулись и расступились. И перед Женей встал высокий темноволосый мальчуган в синей безрукавке, на груди которой была вышита красная звезда.
– Тише, Женя! – громко сказал он. – Кричать не надо. Никто тебя не тронет. Мы с тобой знакомы. Я – Тимур.
– Ты Тимур?! – широко раскрывая полные слез глаза, недоверчиво воскликнула Женя. – Это ты укрыл меня ночью простынею? Ты оставил мне на столе записку? Ты отправил папе на фронт телеграмму, а мне прислал ключ и квитанцию? Но зачем? За что? Откуда ты меня знаешь?
Тогда он подошел к ней, взял ее за руку и ответил:
– А вот оставайся с нами! Садись и слушай, и тогда тебе все будет понятно. еподалеку от Тимура сидела Женя и настороженно прислушивалась и приглядывалась ко всему, что происходит на совещании этого никому не известного штаба. Говорил Тимур:
– Завтра, на рассвете, пока люди спят, я и Колокольчиков исправим оборванные ею (он показал на Женю) провода. – В саду дома номер тридцать четыре по Кривому переулку неизвестные мальчишки обтрясли яблоню, – обиженно сообщил Коля Колокольчиков. – Они сломали две ветки и помяли клумбу.
– Чей дом? – И Тимур заглянул в клеенчатую тетрадь. – Дом красноармейца Крюкова. Кто у нас здесь бывший специалист по чужим садам и яблоням?
– Я, – раздался сконфуженный голос.
– Кто это мог сделать?
– Это работал Мишка Квакин и его под названием «Фигура». Яблоня – мичуринка, сорт «золотой налив», и, конечно, взята на выбор.
– Опять и опять Квакин! – Тимур задумался. – Гейка! У тебя с ним разговор был Ладно! Квакиным мы займемся особо. Давайте дальше.
– В доме номер двадцать пять у старухи молочницы взяли в кавалерию сына, – сообщил из угла кто-то. Вскочил Сима Симаков и зачастил уверенно, без запинки: – В доме номер пятьдесят четыре по Пушкаревой улице коза пропала. Я иду, вижу – старуха девчонку колотит. «Я кричу: „Тетенька, бить не по закону! “ Она говорит: „Коза пропала. Ах, будь ты проклята! “ – „Да куда же она пропала? “
Деспотичная старуха, во всем следовала древним обычаям и прислугу держала многочисленную и был у нее один башмачник, по имени Капитон Климов, алкоголик.
От нечего делать, она решила выдать за него замуж свою прачку Татьяну, которую любил ее глухонемой дворник Герасим. Но для барыни прислуга была, что насекомые, и на их чувста ей было наплевать. Она, думаю, даже не подозревала, что они у них могут быть.
Однажды ее напугала маленькая собачка, любимица Герасима. И у барыни произошел бзик. Она решила от нее избавиться.
"— Отнести ее вон, — проговорила изменившимся голосом старуха. — Скверная собачонка! Какая она злая!"
Пришлось дворнику Герасиму утопить собачку. Затем он собрал вещи у ушел. Непонятно, почему он не ушел до убийства любимого животного.
Барыня - один из самых страшных типажей русской литературы. Тупое, бессмысленное, бесцельное создание, не считавшее своих работников за людей. Самое неприятное, что причиняя им зло, барыня даже не понимала, что они страдают. Бедные слуги были полностью бесправны и смиренны.
Передо мной картина Н. Крымова “Зимний вечер“. Разглядываю её, и всё изображённое на ней кажется мне знакомым. На большей части картины художник изобразил снег. Пушистый, густой, снег лежит везде: на земле, на крышах домов, он почти скрывает под собой небольшие кустики и бурьян на переднем плане. Мне кажется, что Н. П.Крымову важно было подчеркнуть обилие снега, потому что именно снег – это главная примета русской зимы. Художник изобразил зимний вечер на своей картине. На закате снежное пространство уже не блестит, краски приглушены. Солнце скрывается за горизонтом, его последние лучи меняют цвет снега. В тени он синеватый, и его хорошо видно, какой он глубокий и пышный. Там, куда ещё достают солнечные лучи, снег выглядит розоватым. Тропинки, протоптанные в снегу, заметны издали. Их глубина показывает нам, что зима уже вступила в свои права, снег до этого шёл уже довольно долго. В центральной части полотна мы видим картину, привычную для деревенской жизни: люди возвращаются домой, стараясь успеть зайти в жилища до темноты. По узкой тропинке двое взрослых идут с ребёнком в деревню, чуть сзади в том же направлении движется ещё один человек. По дороге в деревню едут двое запряжённых лошадьми саней, на которых нагружены большие копны сена, лошадьми управляет возчик. Фигуры людей не прорисованы чётко, они маленькие и почти бесформенные, потому что люди одеты по-зимнему и расположены не на переднем плане. На границе вечернего света и тени сидят чёрные птицы. Они не летают, наверное, в такой холод, берегут силы. Я хорошо представляю их редкие крики, в зимней тишине они бывают далеко слышны. Источник: http://uchim.org/sochineniya/po-kartine-krymova-zimnij-vecher
Верный Коля Колокольчиков, и быстрый ловкий Сима Симаков, и гордая Женя, тайно семьям фронтовиков, пожилым или больным людям.
Сложны отношения Тимура и ребят со взрослыми, которые не всегда понимают их и не во всем верят. Дядю Тимура — Георгия и сестру Жени — Ольгу смущает-тайна, которой окружена эта игра. «Наши игры были просты и всем понятны»,— говорит Георгин Тимуру. Но мечтатель и фантазер Тимур уверен в своей правою: ведь он хочет, чтобы все было хорошо, чтобы все были спокойны. Перед его глазами «блестят и мерцают» прямые, острые лучи красных звезд, которые зажжены им на домах тех, кто ушел в Красную Армию. Книга эта написана в тревожное предвоенное время, когда вплотную встал вопрос о готовности к военным испытаниям разных поколений общества.
В юном поколении Страны Советов Гайдар увидел новые черты и воплотил их в Тимуре Гараеве и его друзьях.
"– Сумасшедшая девчонка! – резко и почти испуганно прокричал тот же голос. – Оставь штурвальное колесо и беги прочь. Сейчас примчатся… люди, и они тебя поколотят.
Женя бросила трубку, но было уже поздно. Вот на свету показалась чья-то голова: это был Гейка, за ним Сима Симаков, Коля Колокольчиков, а вслед лезли еще и еще мальчишки.
– Кто вы такие? – отступая от окна, в страхе спросила Женя. – Уходите!.. Это наш сад. Я вас сюда не звала.
Но плечо к плечу, плотной стеной ребята молча шли на Женю. И, очутившись прижатой к углу, Женя вскрикнула.
В то же мгновение в просвете мелькнула еще одна тень. Все обернулись и расступились. И перед Женей встал высокий темноволосый мальчуган в синей безрукавке, на груди которой была вышита красная звезда.
– Тише, Женя! – громко сказал он. – Кричать не надо. Никто тебя не тронет. Мы с тобой знакомы. Я – Тимур.
– Ты Тимур?! – широко раскрывая полные слез глаза, недоверчиво воскликнула Женя. – Это ты укрыл меня ночью простынею? Ты оставил мне на столе записку? Ты отправил папе на фронт телеграмму, а мне прислал ключ и квитанцию? Но зачем? За что? Откуда ты меня знаешь?
Тогда он подошел к ней, взял ее за руку и ответил:
– А вот оставайся с нами! Садись и слушай, и тогда тебе все будет понятно.
еподалеку от Тимура сидела Женя и настороженно прислушивалась и приглядывалась ко всему, что происходит на совещании этого никому не известного штаба. Говорил Тимур:
– Завтра, на рассвете, пока люди спят, я и Колокольчиков исправим оборванные ею (он показал на Женю) провода.
– В саду дома номер тридцать четыре по Кривому переулку неизвестные мальчишки обтрясли яблоню, – обиженно сообщил Коля Колокольчиков. – Они сломали две ветки и помяли клумбу.
– Чей дом? – И Тимур заглянул в клеенчатую тетрадь. – Дом красноармейца Крюкова. Кто у нас здесь бывший специалист по чужим садам и яблоням?
– Я, – раздался сконфуженный голос.
– Кто это мог сделать?
– Это работал Мишка Квакин и его под названием «Фигура». Яблоня – мичуринка, сорт «золотой налив», и, конечно, взята на выбор.
– Опять и опять Квакин! – Тимур задумался. – Гейка! У тебя с ним разговор был
Ладно! Квакиным мы займемся особо. Давайте дальше.
– В доме номер двадцать пять у старухи молочницы взяли в кавалерию сына, – сообщил из угла кто-то.
Вскочил Сима Симаков и зачастил уверенно, без запинки:
– В доме номер пятьдесят четыре по Пушкаревой улице коза пропала. Я иду, вижу – старуха девчонку колотит. «Я кричу: „Тетенька, бить не по закону! “ Она говорит: „Коза пропала. Ах, будь ты проклята! “ – „Да куда же она пропала? “