Сашка — герой «рождественского рассказа» Андреева — «обладал непокорной и смелой душой <...> не мог спокойно отнестись ко злу и мстил жизни. Для этой цели он бил товарищей, грубил начальству, рвал учебники и целый день лгал то учителям, то матери...». Перед Рождеством С. выгнали из гимназии, но, несмотря на это, его пригласили на елку в богатый дом. Перед уходом в гости отец С. — Иван Саввич, спившийся, опустившийся, но добрый в душе человек, — просит что-нибудь принести с елки. Блок, возводивший «Ангелочка» к рассказу Ф. М. Достоевского «Мальчик у Христа на елке», писал о С.: «Его просто затащили на елку, насильно ввели в праздничный рай. Что же было в новом раю? Там было положительно нехорошо. <...> все было так, как водится во многих порядочных семьях, — просто, мирно и скверно». «Злому мальчику», как назвали С., глядевшему на чистеньких, красивых детей, «казалось, что чьи-то железные руки взяли его сердце и выжимают из него последнюю каплю крови». И вдруг (наступает любимое Андреевым перерождение героя, обязательное в рождественском рассказе) «узенькие глаза» С. «блеснули изумлением»: «На обращенной к нему стороне елки, которая была освещена слабее других и составляла ее изнанку, он увидел то, чего не хватало в картине его жизни и без чего кругом было так пусто, точно окружающие люди неживые. То был восковой ангелочек, небрежно повешенный в гуще темных ветвей и словно реявший по воздуху». Изумленный С. увидел, что «лицо ангела не блистало радостью, не туманилось печалью, но лежала на нем печать иного чувства, не передаваемого словами, не определяемого мыслью и доступного для понимания лишь такому же чувству. Сашка не сознавал, какая тайная сила влекла его к ангелочку, но чувствовал, что он всегда знал его и всегда любил...». С. сначала грубо, а затем стоя на коленях перед хозяйкой дома выпрашивает ангелочка с елки. И когда своего добивается, в короткий момент счастья «все заметили загадочное сходство между неуклюжим, выросшим из своего платья гимназистом и одухотворенным рукой неведомого художника личиком ангелочка». С. приносит ангела домой, и отец тоже испытывает потрясение: «Отец и сын не видели друг друга; по-разному тосковали, плакали и радовались их больные сердца, но было что-то в их чувстве, что сливало воедино сердца и уничтожало бездонную пропасть, которая отделяет человека от человека и делает его таким одиноким, несчастным и слабым». Оба вскоре засыпают, а ангелочек, повешенный у печки, начал таять. «Вот ангелочек встрепенулся, словно для полета, и упал с мягким стуком на горячие плиты». И непонятно, останется ли встреча с ангелом началом или концом чуда.
Таинственный остров - роман, написанный французским писателем Жюлем Верном в 1874. Данный роман можно назвать робинзонадой, так как в "Таинственном острове" присутствуют все необходимое для нее. Во-первых, остров. Небольшой участок суши, окруженный со всех сторон бескрайним морем, где должны выжить главные герои произведения. Кроме того, оба острова можно назвать необитаемыми не считая капитана в таинственном острове) Во-вторых, экзотическая природа. Пальмы, вулканы, пески, все встречается и в Робинзоне Крузо и в Таинственном острове. В-третьих, условия выживания. В обоих произведениях герои ограничены в ресурсах. Не в природных конечно, но в человеческих. Небольшое количество людей, которые начинают "цивилизировать" остров, при его для постоянного жилья.
одно из самых известных стихотворений Баратынского, представляющее собой великолепный образец русской пейзажной лирики девятнадцатого столетия. В этом произведении поэт приветствует весну, возрождение природы. Происходящие процессы восхищают его, безмерно радуют. Поэтому в стихотворении так часто употребляются восклицательные предложения, поэтому выбран явно восторженный тон. Баратынский поет настоящий гимн приходу весны – торжественный, но в то же время легкий, без излишнего пафоса. Пробуждение природы вызывает и пробуждение души лирического героя.
«Злому мальчику», как назвали С., глядевшему на чистеньких, красивых детей, «казалось, что чьи-то железные руки взяли его сердце и выжимают из него последнюю каплю крови». И вдруг (наступает любимое Андреевым перерождение героя, обязательное в рождественском рассказе) «узенькие глаза» С. «блеснули изумлением»: «На обращенной к нему стороне елки, которая была освещена слабее других и составляла ее изнанку, он увидел то, чего не хватало в картине его жизни и без чего кругом было так пусто, точно окружающие люди неживые. То был восковой ангелочек, небрежно повешенный в гуще темных ветвей и словно реявший по воздуху». Изумленный С. увидел, что «лицо ангела не блистало радостью, не туманилось печалью, но лежала на нем печать иного чувства, не передаваемого словами, не определяемого мыслью и доступного для понимания лишь такому же чувству. Сашка не сознавал, какая тайная сила влекла его к ангелочку, но чувствовал, что он всегда знал его и всегда любил...». С. сначала грубо, а затем стоя на коленях перед хозяйкой дома выпрашивает ангелочка с елки. И когда своего добивается, в короткий момент счастья «все заметили загадочное сходство между неуклюжим, выросшим из своего платья гимназистом и одухотворенным рукой неведомого художника личиком ангелочка». С. приносит ангела домой, и отец тоже испытывает потрясение: «Отец и сын не видели друг друга; по-разному тосковали, плакали и радовались их больные сердца, но было что-то в их чувстве, что сливало воедино сердца и уничтожало бездонную пропасть, которая отделяет человека от человека и делает его таким одиноким, несчастным и слабым».
Оба вскоре засыпают, а ангелочек, повешенный у печки, начал таять. «Вот ангелочек встрепенулся, словно для полета, и упал с мягким стуком на горячие плиты». И непонятно, останется ли встреча с ангелом началом или концом чуда.