Земской доктор на некоторое время покинул больницу, так как у него свадьба. Во время его отсутствия больных принимал фельдшер Курятин – обстоятельный «толстый человек лет сорока», лицо которого внушало доверие.
В приемном покое появился дьячок Вонмигласов, который жаловался на сильную зубную боль. Мужчина очень страдал: щека его распухла, он не мог ни есть, ни спать. Он уже и «водку с хреном» прикладывал к больному месту, и ниточку носил «с Афонской горы», но ничего не .
Во время осмотра Курятин заметил «один зуб, украшенный зияющим дуплом». Сказав с важным видом, что «хирургия — пустяки», он принялся рыться в инструментах доктора и рассуждать о том, что зубы разные бывают – «один рвешь щипцами, другой козьей ножкой, третий ключом… Кому как».
Свой выбор фельдшер остановил на щипцах, которыми ухватился за зуб и принялся что есть силы его тащить. Дьячок громко закричал от нестерпимой боли и схватил руками своего мучителя. Щипцы сорвались с зуба, и Вонмигласов принялся укорять фельдшера: «Коли не умеешь рвать, так не берись!».
Курятин гневно напомнил дьячку, что рвал зуб богатому помещику Александру Ивановичу Египетскому, и тот «не хватал руками». Операция продолжилась. Послышался хруст. Вонмигласов минуту сидел «неподвижно, словно без чувств». На месте больного зуба осталось два торчащих выступа. Затем, обругав Курятина и «придерживая щеку рукой», он ушел восвояси…
фыавфаы