Начало повести временных лет – рассказ о появлении славян. Русские представляются летописцем, как потомки Иафета, одного из сыновей Ноя. В самом начале повествования приведены рассказы, повествующие о жизни восточнославянских племен: о князьях, о призвании Рюрика, Трувора и Синеуса для княженья и о становлении династии Рюриковичей на Руси. Основную часть содержания летописи составляют описания войн, легенды о временах правления Ярослава Мудрого, подвигах Никиты Кожемяки и других героев.
Заключительная часть состоит из описаний сражений и княжеских некрологов. Основу Повести временных лет составляют: предания о расселении славян, призвании варяг и становлении Руси; описание крещения Руси; описание жизни великих князей: Олега, Владимира, Ольги и других; жития святых; описание войн и военных походов.
Отец В. Виноградов, со слов лица, бывшего вблизи комнаты Святейшего Патриарха, передает, что во время разговора с митрополитом Петром слышались слова Патриарха: «Я этого не могу». Важно также обратить внимание, что на совещании собравшихся архиереев «завещание» не оглашалось. Отец В. Виноградов был прав, подчеркивая, что Тучков, который разрешил совещание владыки Петра и Патриарха непременно потребовал бы оглашения «завещания», если бы оно действительно было подписано Патриархом. Более того, митрополит Петр в своем первом послании в качестве Местоблюстителя не только не упомянул о завещании, но и написал свое обращение совсем в другом духе, нежели мнимое «завещание» Патриарха Тихона[1].
Обратим также внимание на то, что так называемое «завещание» начинается с заявления, что Патриарх его пишет «оправившись от болезни». Но мы знаем, что состояние здоровья у Патриарха в последние дни было очень плохим и в самый день якобы подписания документа, он чувствовал себя особенно плохо, состоялся консилиум врачей и Патриарх скончался. Содержание «завещания» совершенно не соответствует тому, что Патриарх выздоровел и возвратился к активной работе. Протопресвитер В. Виноградов, сопоставляя много данных, приходит к выводу: подписи Патриарха под предложенным ему текстом послания не было. «Но, ― пишет он, ― Тучков был человеком для достижения цели не останавливаться перед обманом; как он поступил уже отменным посланием о новом стиле, как он поступил с неутвержденным проектом Высшего Церковного Управления, так он решает поступить и в данном случае: он решается неподписанный Патриархом проект объявить подписанным»[2].