Дать определение индуизму трудно из-за широты спектра объединяемых им традиций и верований. Как правило, общим термином «индуизм» называют семейство разнородных традиций, принимающих авторитет Вед[10]. В то же самое время принадлежность какой-либо традиции к индуизму не зависит от её древности или от того, насколько её вероучение и религиозные практики действительно основаны на Ведах[10]. Некоторые течения, относимые к сфере индуизма, вообще не признают Веды откровением[17]. Они основываются на собственных писаниях и традициях, но при этом почитают тех же богов и следуют основным морально-этическим постулатам индуизма. Таким образом, индуизм не может рассматриваться как «категория» в классическом понимании этого слова: когда объекты однозначно либо принадлежат к ней, либо нет. Не являясь единой религией, индуизм представляет собой семейство религий и традиций. В индуизме отсутствует унифицированная система верований и общая доктрина[10]. Нет в нём также централизованного органа управления. В истории индуизма, в отличие от других мировых религий, не было какого-то одного основателя[11]. Несмотря на это, индуизм обладает своей собственной уникальной формой и чертами, выделяющими его в отдельную религию[10]. Индуизм часто сравнивают с баньяновым деревом, постоянно пускающим новые корни, которые со временем превращаются в стволы, также пускающие побеги[10]. Этот пример наглядно показывает не только разнообразие индуизма, но и взаимосвязь, существующую между его различными течениями[10].
По мнению британского востоковеда Роберта Ч. Зенера, «вполне возможно быть достойным индуистом вне зависимости от личного мировоззрения, которое может тяготеть к монизму, монотеизму, политеизму или даже атеизму»[18]. Зенер даже доходит до утверждения, что индуизм — это религия, которая не нуждается в существовании или несуществовании Бога или богов[19]. Более определённо, индуизм может рассматриваться как совокупность трёх главных течений: одно придаёт особое значение личному творцу или богу, второе акцентирует внимание на имперсональном Абсолюте, третье основывается на плюралистичности и неабсолютности[20].
Брюллов Карл Павлович (1799—1852) - русский художник, живописец, представитель романтизма.
Родился 23 декабря 1799 г. в Петербурге. В девять лет Брюллов стал учеником Академии художеств. Окончив в 1821 г. академический курс и получив за библейскую композицию «Явление Аврааму трёх ангелов у дуба Мамврийского» золотую медаль.
В 20-х гг. XIX в. живописец создал ряд ныне хорошо известных бытовых картин: «Итальянское утро» (1823 г.), «Итальянский полдень» (1827 г.), «Девушка, собирающая виноград в окрестностях Неаполя» (1828 г.). После посещения раскопок древнего города Помпеи, погибшего в 79 г. н. э. при извержении вулкана Везувия, Брюллов начал работу над своим главным произведением — «Последний день Помпеи» (1830—1833 гг.).
Весной 1849 г. Брюллов уехал за границу на лечение. Ему не суждено было вернуться на родину. Умер 23 июня 1852 г. в местечке Марчано близ Рима.
КАРТИНЫ↓↓↓
1. «Итальянское утро»
2. «Итальянский полдень»
3. «Девушка, собирающая виноград в окрестностях Неаполя»
4. «Последний день Помпеи»



надеюсь информация Объяснение:
Первоначально вокзал назывался Рязанским. Это связано с названием общества Московско-Рязанской железной дороги — компании, возникшей в 1856 году как Московско-Саратовская железная дорога. В 1912 году Москва получила связь по железной дороге с Казанью. В связи с этим вокзал был переименован в Казанский. Однако ещё около двадцати лет использовались оба названия[3].
История
Рязанский вокзал в 1891 году
Первое здание вокзала, который тогда назывался Рязанским, было деревянным и открылось в 1862 году[4]. Первый поезд по маршруту Москва — Коломна ушёл с Рязанского вокзала 20 июля 1862 года. Железную дорогу открыли с недоделками, из вагонов приходилось выпрыгивать, а дам выносить на руках. В 1864 году было построено каменное здание вокзала (автор проекта первоначального здания вокзала — архитектор М. Ю. Левестам[5]. Это было небольшое здание, имевшее общую крышу с дебаркадером над путями и платформами. Над входом высилась башня с часами[4]. Вокзал был тесным и неудобным, а его архитектура была скромной. С тех времён сохранилось только одноэтажное здание веерного депо в итальянском стиле[6]. Здание много раз перестраивали, и когда в 1893 году открылась Московско-Казанская железная дорога, а пассажиропоток сильно возрос, потребовалось строительство нового вокзального здания вмещать в себя большее количество пассажиров. Однако только в 1910 году правление акционерного общества Московско-Казанской железной дороги приняло решение о постройке нового здания. По условиям объявленного конкурса, его участники должны были сделать проект «ворот на Восток», которые должны символизировать связь Европы и Азии. В нём приняли участие академики архитектуры Ф. О. Шехтель (автор Ярославского вокзала), А. В. Щусев и художник Е. Н. Фелейзен. Проекты Шехтеля и Щусева были похожи благодаря присутствующей в обоих проектах живописной группировке различных объёмов, но Щусев в своём проекте применил более тёплые и красочные мотивы московского барокко[3]. В результате правление выбрало проект Щусева[6]. 29 октября 1911 года Щусев был официально утверждён главным архитектором строительства нового вокзала. Архитектор предложил проект в национально-романтическом стиле с элементами неорусского стиля и искусства Востока. Весной 1912 года Щусев приступил к работе над усовершенствованием проекта. Окончательный проект был утверждён 12 ноября 1913 года.
Строительство началось в 1913 году и затмило размахом все остальные стройки московских вокзалов. На строительство Правлением дороги, во главе с Николаем Карловичем фон Мекком, были отпущены значительные средства, и были призваны лучшие архитекторы, инженеры и художники России. В создании интерьеров Казанского вокзала участвовали Н.К. Рерих, А.Н. Бенуа, Б.М. Кустодиев, Е.Е. Лансере, З.Е. Серебрякова. В 1914—1915 закончилась закладка фундаментов, строились котельная, багажное отделение, главный вход с башней[7]. Однако во время Первой мировой войны строительство неоднократно останавливали, и лишь к зиме 1916/1917 годов удалось построить крышу[8]. В 1919 году здание было сдано в эксплуатацию в упрощённом виде. В 1926 году был завершён первый этап строительства и отделки. В 1940 году был окончен последний этап строительства, однако многие планы Щусева остались неосуществленными[9].
Еще в самом начале строительства Щусев настоял на устройстве часов с боем и заказал для них в Петербурге бронзовые знаки зодиака, самостоятельно выполнив для них рисунки. Однако часы были пущены только в 1923 году и проработали до осени 1941 года, когда от разрыва фугасной бомбы колокол был сброшен. Колокол был возвращен обратно в 70-х годах.[10]