В конечном счёте, музыка — выражение индивидуальности композитора во всей её полноте. Но эта цель не может быть достигнута рационалистично, по заранее разработанному плану, подобно тому, как портной кроит по мерке. А такая тенденция — я с сожалением это отмечаю — явно превалирует в течение последних двадцати лет.
Музыка композитора должна выражать дух страны, в которой он родился, его любовь, его веру и мысли, возникшие под впечатлением книг, картин, которые он любит. Она должна стать обобщением всего жизненного опыта композитора. Начните изучать шедевры любого крупного композитора, и вы найдёте в его музыке все особенности его индивидуальности. Время может изменить музыкальную технику, но оно никогда не изменит миссию музыки.
Академические жанры.
На третьем курсе Валерий увлекся фольклором и отправился в экспедицию по деревням страны с целью понять особенности русской души, проникнуться атмосферой сельской местности и приобрести материал для работы. К этому времени студент Гаврилин уже много успел сочинить, но именно сейчас, находясь под впечатлением от разоренных деревень и проникнутых тоской женских песен с мечтой о лучшей доле он пришел к выводу о цели собственного творчества. Свою миссию как композитора он видел в синтезе классических музыкальных канонов с бытовой, народной мелодией, в недрах которой скрыты настоящие сокровища поэтической эстетики.
Так называют группу русских композиторов, выступивших в 60-х гг. 19 в. с требованием поворота русской музыки к народности и реализму.
В состав «новой музыкальной школы», как ее тогда называли, возглавлявшейся М. А. Балакиревым, входили М. П. Мусоргский, А. П. Бородин, Н. А. Римский-Корсаков, Ц. А. Кюи.
Название «могучая кучка» принадлежит В. В. Стасову (1824—1906), близко стоявшему к балакиревскому кружку. Его рецензия в газете «С. Петербургские ведомости» (13 мая 1867 г.) на концерт в честь приезда в Петербург славянской делегации заканчивалась словами: «Кончим наши заметки желанием: дай бог, чтоб наши славянские гости никогда не забыли сегодняшнего концерта; дай бог, чтоб они навсегда сохранили воспоминание о том, сколько поэзии, чувства, таланта и уменья есть у маленькой, но уже могучей кучки русских музыкантов».
В этом сезоне Московская филармония запустила проект «Мама, я меломан», в котором публика самостоятельно выбирает программы концертов. Результаты первого же голосования удивили меня тем, что слушательский рейтинг возглавил не Чайковский, а Рахманинов. Реноме Петра Ильича как русского композитора номер один сложилось еще до революции, а в СССР было институционализировано и закреплено, казалось, навечно. Рахманинов же к позднесоветскому времени негласно занял вторую позицию в отечественном музыкальном ареопаге. Можно было бы списать его победу на статистическую погрешность, но в следующем голосовании он снова обошел кумира своей юности. Конечно, мерить двух гениев – даже в силе народной любви – ни к чему. Но эти результаты побудили меня попытаться ответить на вопрос, который так или иначе возникал передо мной много раз. Вопрос этот – в предельно простой формулировке – вынесен в название статьи.
Объяснение:
можно лучший ответ он мне чень нужен