Язык
Следить
Править
Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 30 апреля 2021; проверки требует 1 правка.
Декоративно-прикладное искусство — вид художественного творчества, который охватывает различные разновидности профессиональной творческой деятельности, направленной на создание изделий, тем или иным образом совмещающих утилитарную, эстетическую и художественную функции. Этот собирательный термин условно объединяет два обширных вида искусства: декоративное и прикладное. Иногда эту широкую область вместе с дизайном именуют предметным творчеством. В отличие от произведений изобразительного, или изящного искусства, предназначенных для эстетического и художественного восприятия вне окружающей среды и поэтому относящихся к «чистому искусству», многочисленные произведения декоративно-прикладного творчества могут иметь практическое употребление (прикладное искусство) или служить украшением в широком смысле этого слова (декоративное искусство). В первом случае ключевым понятием является утилитарность или утилитарная функция, во втором — декор. Таким образом, декоративно-прикладное искусство, наряду с архитектурой, относится к роду бифункциональных искусств (лат. bi — два, двойной и лат. functio — исполнение, действие).
Понятие «декоративно-прикладное искусство» следует отличать, с одной стороны, от технического и художественного ремесла, народных художественных промыслов (связанных с ручной обработкой материала — «рукомеслом»), оформительского искусства (имеющего эстетический, но не художественный характер), а с другой стороны — от промышленного дизайна, изначально связанного с методикой проектирования и механическим воспроизводством изделий[1][2]. В середине и второй половине XVIII века в Санкт-Петербургской Императорской Академии художеств, действовали классы «мастерств и ремёсел» (к началу XIX века они оказались закрытыми ввиду изменений академической эстетики)[3]. Однако в истории русского искусства закрепился термин «учёное прикладничество», обозначающий работу профессиональных художников, имеющих академическое образование, в том числе иностранных мастеров, в области декоративного и прикладного искусства, изделия которых отличны от самодеятельного народного творчества профессиональной школой, хотя и, безусловно, связанных с народными традициями[4].
Область декоративно-прикладного искусства следует также отделять от монументально-декоративного искусства (монументально-декоративной росписи, фрески, декоративной и орнаментальной лепки, сграффито, мозаики, витража), хотя связь между ними, безусловно, существует.
В искусстве ХХ века функции традиционного декоративно-прикладного искусства, народных промыслов и художественных ремёсел были значительно потеснены (но не замещены полностью) новым типом профессиональной проективной технико-эстетической деятельности — дизайном. В результате дискуссий о взаимосвязанности и различиях этих разновидностей творчества был введён обобщающий термин «предметное творчество», но он породил новые дискуссии[5].
У. Моррис. Рисунок для обоев. 1862
Волк. Деревянная мозаика (инкрустация)
Главной особенностью декоративно-прикладного искусства, в отличие от станкóвых видов (живописи, графики, скульптуры) является органичная связь его произведений с окружающей предметно-пространственной средой, потребностями жизни обычных людей в обычной жизненной обстановке, а не созерцание прекрасного в музеях. Из этой особенности возникло ещё одно образное название: «самое близкое искусство»[6]
В северной Атлантике
Мадейра — c 1418
Азорские острова — c 1427
Гренландия (сейчас автономия Дании) — 1499—1500, претензии до 1535
Земля Корте-Реал — 1501—? (сейчас часть Канады)
Терра Нова (Ньюфаундленд) — 1501—?
Лабрадор — 1499—1500
Новая Шотландия — 1519—
В Латинской Америке
Бразилия — 1500—1822
Сисплатина — 1808—1827
Французская Гвиана — оккупация 1809—1817
В Африке
Сеута — 1415—1640
Танжер — 1471—1662
Агуш (Суира-Гедима) 1506—1525
Алказер-Кебир (Эль-Ксар-эль-Кебир) 1458—1550
Арзила (Асила) 1471—1550; 1577—1589
Азамор (Аземмур) 1513—1541
Мазаган (Эль-Джадида) 1485—1550; 1506—1769
Могадор (Эс-Сувейра) 1506—1525
Уадан — 1487 — середина XVI века
Сафин (Сафи) 1488—1541
Крепость Святого Креста мыса Ге (Агадир) 1505—1769
Развитие науки — процесс сложный, требующий и соответствующей материально‑технической базы, и людей, которые могут и хотят заниматься наукой, и общественной Среды проявить понимание и оказать поддержку научным изысканиям. В условиях феодально‑крепостнического строя быстрых изменений произойти не могло, даже когда созревала настоятельная потребность в научных знаниях и эта потребность была осознана в правительственных кругах.
Как и во второй четверти XVIII века, основным центром научной деятельности оставалась Академия наук. К ней прибавился новый учебный и научный центр – Московский университет, а также Горное училище в Петербурге (1773) и Российская Академия (1783), занимавшаяся изучением русского языка и грамматики. В развитии отечественной науки выдающееся место занимал М.В. Ломоносов, а среди иностранных ученых – крупнейший математик XVIII века Леонард Эйлер (1707‑1783 гг.), вырастивший ученых из русских учеников. Среди них С.К. Котельников, разработавший вопросы теоретической механики и математической физики, С.Я. Разумовский – основоположник отечественной астрономии
Именно в Академии наук развернулась деятельность Михаила Васильевича Ломоносова. Ломоносовский период — ярчайшая страница в истории Петербургской Академии наук.
Это был период борьбы за научное мировоззрение. Кризис средневекового мировоззрения, начавшийся в России в XVII века, а в передовых европейских странах в эпоху Возрождения, не привел немедленно к полной победе нового, рационалистического объяснения природных явлений. Средневековье отрицало исследование природы, поиск причин и закономерностей — все объяснялось божественным провидением.
Чтобы освободить человеческий разум от средневековых религиозных оков, нужно было все объяснить с позиций разума, проникнуть в глубь явлений, т. е., как писал Ломоносов, “сыскать причины видимых свойств, в телах на поверхности происходящих, от внутреннего их сложения”. Для этого требовалось время и колоссальное напряжение сил. Жгучая потребность и стремление все исследовать и объяснить рационалистически и делало ученых масштаба Ломоносова энциклопедистами. Действительно, нет, кажется, такой области тогдашней науки, которой бы не занимался Ломоносов. “Ломоносов обнял все отрасли просвещения. Жажда науки была сильнейшею страстию сей души, исполненной страстей. Историк, ритор, механик, химик, минералог, художник и стихотворец, он все испытал и все проик…” Борьбу с пережитками средневекового мировоззрения, с его защитниками в лице церковных властей, Ломоносов вел вполне сознательно и открыто. Сломить антинаучную реакцию в тех условиях было нелегко, и Ломоносов добивался, по крайней мере, чтобы невежды не могли “ругать наук в проповедях”.
Нужно оговориться, что Ломоносов, подобно большинству естествоиспытателей того времени, не был атеистом. Наука XVIII века все еще глубоко увязает в теологии, так как в качестве последней причины повсюду ищет и находит “толчок извне, необъяснимый из самой природы”. Это противоречило стремлению все объяснить рационалистически, но таким было это время — оно полно противоречий. Везде искали рационалистических причин, но останавливались — перед первым толчком.
Известно, сколько энергии отдавал Ломоносов распространению науки, основанию Московского университета, проблемам “сохранения и размножения российского народа” — просветительству в самом высоком смысле этого слова.