Социальное устройство Древнего Египта также имело один ярко выраженный центр. Как Нил был средоточием повседневной жизни египтян, так фараон воплощал в себе основу социальной структуры. «Да живет Гор, образ бога, «Обе Владычицы», божественный рождением, царь Верхнего и Нижнего Египта Хакаура2, одаренный жизнью. Да живет... Гор золота, родной сын Ра, возлюбленный им, владыка Обеих Земель, Сенусерт [III], одаренный жизнью, вечностью, счастьем навечно» — так величается в одной из надписей фараон XII династии Сенусерт III. Приведенная титулатура, состоящая из пяти членов, становится общепринятой со второй половины Древнего царства. Не разбирая подробно всех ее составляющих, отметим лишь, что в ее основе лежат две основные идеи: утверждение божественной природы фараона (как сына бога Солнца Ра и как преемника бога Гора, который считался одним из первых царей Египта) и выделение роли фараона как объединителя Верхнего и Нижнего Египта (это проявляется в отождествлении царя с «Обеими Владычицами», т.е. с верхнеегипетской богиней Нехбет, изображавшейся в виде коршуна, и нижнеегипетской богиней Уаджит, имевшей облик кобры, а также в именовании царя владыкой Обеих Земель, т.е. Верхнего и Нижнего Египта)
Если сопоставить статус фараона со статусом царя в типологически близкой Египту Месопотамии, то можно увидеть как определенное сходство, так и достаточно важные различия. По аналогии с месопотамской традицией фараон мыслился как сила, отвечающая за плодородие и связанная с производительными силами природы. Это проявилось в множестве обрядов: так, когда наступало время разлива Нила, фараон бросал в реку свиток, в котором содержался приказ начать разлив, он же срезал первый сноп на общеегипетском празднике жатвы и приносил благодарственную жертву богине урожая Рененут в конце сезона полевых работ. С другой стороны, степень сакрализации фараона была значительно выше и поддерживалась гораздо более длительной традицией, чем в любом из государств, существовавших территории Древней Месопотамии. Гораздо слабее проявлялось там и представление о царе как воплощениии государственного единства, символе его целостности. В» связи с этим сделаем одно важное для дальнейшего отступление.
Овцу можно стричь, пока шкура на ней. Если нет шкуры, стричь уже нечего будет.