Стоит сказать несколько слов о том узорчатом ковре, куда так красочно вплетены семь путешествий Синдбада-морехода. Ученых всегда интересовало, какую информацию передавали предки своим отдаленным потомкам, зашифровав ее в виде мифов, легенд и сказок. Стоит этим вопросом задаться серьезному исследователю, и тогда обретает реальную жизнь сказочная Троя и Шлиман делает свое замечательное открытие…
Со сказками «Тысячи и одной ночи» и того интереснее.
Сказки «Тысяча и одна ночь» восходят к VIII–X векам и представляют собой огромный сборник народных сказаний арабского Востока, а также Персии, Индии и Египта, с которыми арабы поддерживали оживленные торговые связи. Причудливая фантазия, сложные авантюры прихотливо переплетаются в них с реалистическим изображением жизни и быта разных слоев населения средневекового восточного города. Большая часть сказаний приурочена к царствованию халифа Гаруна аль-Рашида (VIII в.), которому сказочная традиция приписывает необыкновенную мудрость и справедливость. Многие сказки напоминают по типу средневековые городские новеллы (фабльо) с характерным для них грубоватым комизмом. Героями нередко выступают ремесленники, поденные рабочие, бедняки, относящиеся иронически к представителям светской власти и духовенству. Умные, ловкие простолюдины всегда находят выход из любого затруднительного положения и одурачивают надменных богачей.
Стоит сказать несколько слов о том узорчатом ковре, куда так красочно вплетены семь путешествий Синдбада-морехода. Ученых всегда интересовало, какую информацию передавали предки своим отдаленным потомкам, зашифровав ее в виде мифов, легенд и сказок. Стоит этим вопросом задаться серьезному исследователю, и тогда обретает реальную жизнь сказочная Троя и Шлиман делает свое замечательное открытие…
Со сказками «Тысячи и одной ночи» и того интереснее.
Сказки «Тысяча и одна ночь» восходят к VIII–X векам и представляют собой огромный сборник народных сказаний арабского Востока, а также Персии, Индии и Египта, с которыми арабы поддерживали оживленные торговые связи. Причудливая фантазия, сложные авантюры прихотливо переплетаются в них с реалистическим изображением жизни и быта разных слоев населения средневекового восточного города. Большая часть сказаний приурочена к царствованию халифа Гаруна аль-Рашида (VIII в.), которому сказочная традиция приписывает необыкновенную мудрость и справедливость. Многие сказки напоминают по типу средневековые городские новеллы (фабльо) с характерным для них грубоватым комизмом. Героями нередко выступают ремесленники, поденные рабочие, бедняки, относящиеся иронически к представителям светской власти и духовенству. Умные, ловкие простолюдины всегда находят выход из любого затруднительного положения и одурачивают надменных богачей.
Несколько лет назад старушка-помещица одолжила петербургскому франту 15 тысяч рублей под залог имения. Старушка знала мать этого франта и всецело ему доверяла время, но долг не был возвращён. Между тем подошёл срок выплаты по закладной, и над старушкой разверзлась «страшная перспектива холода и голода с увечной дочерью и маленькой внучкою». Оставив близких на соседку, старушка отправилась в Петербург «хлопотать».
Сперва всё шло гладко. «В суде решение вышло скорое и благоприятное», но потом «пошла закорюка»: должнику следовало вручить бумагу с распискою, чего никто сделать не смел — у франта оказались очень высокие покровители. Выяснилось, что должник прописан в доходном доме, а живёт у некой дамы, поэтому доставить бумагу по адресу не было никакой возможности.
Все очень жалели старушку, но никто не брался. Франт был должен половине Петербурга, и долги свои никогда не отдавал. Наконец старушка познакомилась с человеком, согласившимся ей Он назвал себя «гением» и запросил 500 рублей — 200 себе, и 300 своему Тем временем должник со своей богатой дамою собрался в заграничное путешествие. Старушке пришлось довериться «гению». Тот нашёл какого-то «сербского сражателя», который подловил должника на вокзале в день отъезда и надавал ему оплеух. В дело вмешалась полиция. Франту пришлось представиться, и ему тут же вручили бумагу. Чтобы немедля выехать за границу, долг пришлось заплатить. Так старушкин заслужил право считаться гением.