Думаю, несчастливо сложилась Митькина судьба. Беглый крепостной, смелый и дерзкий, не привыкший мириться с несправедливостью, такому один путь - куда-нибудь в лес, к разбойникам. А там - как карта ляжет. Может - тюрьма, может - годы бесчинств и грабежей. Не скоро еще такие митьки смогут жить свободно и вольно. Поэтому придется ему постоянно прятаться, скрываться.
А в конце этого пути - известно что, сложит Митька свою буйную голову где-нибудь в ковылях, и не вспомнит его уже никто, кроме отца с матерью.
Можно попробовать представить судьбу Митьки и в радужном свете: допустим, ему как-то удастся пробиться к Суворову и поступить на службу в русскую армию. В этом случае его смелость и безрассудство смогли бы послужить во славу отечества. Однако вероятность того, что Суворов будет покрывать беглого преступника, очень мала. Но жизнь, как и история, иногда преподносит сюрпризы. Митька был бы бравым солдатом, но его - тяжкая ноша, удастся ли сбросить ее?
Природа обозначила Матеру как особую землю.
Атлантида по древнегреческому преданию, сохранившемуся у
Платона, некогда существовавший огромный остров в Атлантическом
океане, плодородный, густонаселённый, из-за землетрясения
опустившийся
на дно.
Деревня Матёра должна уйти под воду, как и древняя Атлантида.
Остров Матёра – это как бы маленький материк. У В. Распутина весь
остров Матера - это обетованная земля, исключительное
безгрешное пространство, отделенное многими водами от чужого
грешного мира.
Водный рубеж - лучшая граница. И когда воды потопа стремятся
захлестнуть Матёру – Остров Блаженных, обетованную землю
крестьянских праведниц-старух во главе с Дарьей, оставшихся
охранять свое Древо Жизни, тот самый царственный листвень,
из-под сюжетной поверхности повести начинает всплывать ее
подлинная суть – история крестьянской Атлантиды- Аталанки.
(Аталанка-родная деревня писателя, ушедшая на дно
Братского моря.
Гибель мира по Распутину произошла в полном соответствии с
библейской последовательностью: сначала от вод потопа
погибает крестьянский мир (Матера), затем, уже в огне,
напророченная писателем грядущая цивилизация торгашей.