.У лукоморья дуб зеленый; Златая цепь на дубе том: И днем и ночью кот ученыйВсё ходит по цепи кругом; Идет направо — песнь заводит, Налево — сказку говорит.Там чудеса: там леший бродит, Русалка на ветвях сидит; Там на неведомых дорожках Следы невиданных зверей; Избушка там на курьих ножках Стоит без окон, без дверей.. He скоро ели предки наши, He скоро двигались кругом Ковши, серебряные чаши С кипящим пивом и вином. Они веселье в сердце лили, Шипела пена по краям, Их важно чашники носили И низко кланялись гостям.. Напрасно вы в тени таилисьДля мирных, счастливых друзей, Стихи мои! Вы не сокрылисьОт гневных зависти очей. Уж бледный критик, ей в услугу, Вопрос мне сделал роковой: Зачем Русланову подругу, Как бы на смех ее супругу, Зову и девой и княжной? Ты видишь, добрый мой читатель, Тут злобы черную печать! Скажи, зоил, скажи, предатель, Ну как и что мне отвечать? Красней, несчастный, бог с тобою! Красней, я спорить не хочу; Довольный тем, что прав душою, В смиренной кротости молчу. Ho ты поймешь меня, Климена, Потупишь томные глаза, Ты, жертва скучного Гимена... Я вижу: тайная слеза Падет на стих мой, сердцу внятный; Ты покраснела, взор погас; Вздохнула молча... вздох понятный!Ревнивец: бойся, близок час; Амур с Досадой своенравнойВступили в смелый заговор, И для главы твоей бесславной Готов уж мстительный убор.
Имя русского князя писателя, философа, педагога, музыковеда и теоретика музыки Владимира Одоевского сейчас мало известно обычному читателю. Но были времена, когда произведения автора стояли наряду с творчеством российских классиков. Это несправедливое забвение, поэтому целью данной работы является освещение главных достоинств прозы Владимира Федоровича Одоевского.Для начала отметим, что обычно жизнь и творчество Одоевского делится на три периода, границы между которыми более или менее совпадают с его переездами из Москвы в Петербург и обратно. Первый период относится к жизни в Москве, в маленькой квартире в Газетном переулке. Одоевский тогда учился в Московском университетском благородном пансионе (1816—1822). Там на его квартире собирался кружок «Общество любомудров», созданный под влиянием шеллингианских идей преподававших в пансионе профессоров Московского университета М. Г. Павлова и Д. М. Велланского. Среди постоянных членов этого кружка были А. И. Кошелев, Д. В. Веневитинов, И.В. и П.В. Киреевские, В. К. Кюхельбекер. Регулярно посещали заседания А. С. Хомяков, М. П. Погодин и В. Г. Белинский. Расцвет деятельности кружка пришелся на 1823—1825 гг. и завершился его ликвидацией после восстания декабристов. В те же годы Одоевский пробует свои силы на литературном поприще: вместе с Кюхельбекером издает альманах «Мнемозина» и пишет роман «Иероним Бруно и Пьетро Аретино», оставшийся не завершенным. В 1826 году он женился, поступил на службу в ведомство иностранных исповеданий и переехал в Санкт-Петербург.Все это время он активно занимался музыкальной практикой и общественной деятельностью.
Златая цепь на дубе том:
И днем и ночью кот ученыйВсё ходит по цепи кругом;
Идет направо — песнь заводит,
Налево — сказку говорит.Там чудеса: там леший бродит,
Русалка на ветвях сидит;
Там на неведомых дорожках Следы невиданных зверей;
Избушка там на курьих ножках Стоит без окон, без дверей..
He скоро ели предки наши,
He скоро двигались кругом
Ковши, серебряные чаши
С кипящим пивом и вином.
Они веселье в сердце лили,
Шипела пена по краям,
Их важно чашники носили
И низко кланялись гостям..
Напрасно вы в тени таилисьДля мирных, счастливых друзей,
Стихи мои! Вы не сокрылисьОт гневных зависти очей.
Уж бледный критик, ей в услугу,
Вопрос мне сделал роковой:
Зачем Русланову подругу,
Как бы на смех ее супругу,
Зову и девой и княжной?
Ты видишь, добрый мой читатель,
Тут злобы черную печать!
Скажи, зоил, скажи, предатель,
Ну как и что мне отвечать?
Красней, несчастный, бог с тобою!
Красней, я спорить не хочу;
Довольный тем, что прав душою,
В смиренной кротости молчу.
Ho ты поймешь меня, Климена,
Потупишь томные глаза,
Ты, жертва скучного Гимена...
Я вижу: тайная слеза
Падет на стих мой, сердцу внятный;
Ты покраснела, взор погас;
Вздохнула молча... вздох понятный!Ревнивец: бойся, близок час;
Амур с Досадой своенравнойВступили в смелый заговор,
И для главы твоей бесславной Готов уж мстительный убор.